И всё же, когда Уолдо сбежал, домой он так и не попал, а скитался по этому мрачному миру, один. По миру, что над городом. Тогда и появился его воображаемый друг, Одлоу. Видимо, он был ответной реакцией на тишину. И так он стал бродить по миру, за пределами того злого города. Первый год был самым трудным, Уолдо никак не мог привыкнуть к такому мраку и часто плакал, вспоминая дом и семью. Не редко Уолдо убегал от животных, в панике, которые пытались убить его, будучи огромных размеров. Не редко он прятался от стражи, которая продолжала искать его. Но он не прекращал искать выход из этого гиблого, серого мира.
Время шло очень заметно. Проходили дни, месяцы, затем и годы, а Уолдо всё скитался. И лишь его друг не давал ему сойти с ума, и именно он подсказал, что выход наверняка находится там же, где и вход, то есть в городе. Но он понимал, что там его сразу поймают и отпор дать он не сможет. Он слишком слаб и ничего толкового не сделает. Ничтожен он против обученных воинов. Уолдо был в отчаянии, ничего не хотел предпринять, он уверовал, что теперь это, и правда, его дом. Были моменты, когда он вовсе хотел умереть, но каждый раз Одлоу убеждал его, что это высшая степень слабости. Уолдо просто существовал, и ничего ему не было в сладость.
И так блуждая, в полном отчаянии, Уолдо, однажды, стал случайным свидетелем одной сцены в месте, где взрастали вверх огромные валуны и водянистый песок лежал тонким слоем. Застал он только конец боя, так как подходил бесшумно и очень медленно. Одлоу наставлял его быть осторожней. Звуки драки прекратились и Уолдо замер, ведь если они закончили, то ему нужно срочно уходить. Напоследок он осмелился бросить лишь взгляд из валуна: юноша серой кожи стоял изрядно вымотанный. Уолдо вытянул голову дальше и побледнел, увидев противника серого юноши. Огромный змей, ненасытно шипящий, сверху готовился нанести последний удар. Змея загнала его в тупик. Ожидая, с мечом наготове, он стоял и стерёг удар противника. Юноша был измотан, но сдавать не стал. И чем дольше он ждал, тем тише становилось вокруг. Враг втрое превосходил его, но у воина не было и капли страха перед ним. И вот, как только воин чуть оступился, змей накинулся на него, раскрыв свою ядовитую пасть. Но мальчик серой кожи не шелохнулся и встретил его мечом прямо в голову, пронзив его насквозь и заточив остриё в каменную землю. Враг пал, не успев понять смерти.
Уолдо был рад и выдохнул спокойно. Первый раз он улыбнулся за всё время. И заметил он, что воин плачет, не признавая вкуса победы. Обессилив, юноша упал, пытаясь до чего-то дотянуться рукой. Уолдо прищурился и вытянул шею. Тихо, не спеша, он стал подходить всё ближе, прячась среди груды камней. И как только он взобрался на валун прямо над местом битвы, он присел и взглянул вниз, с радостным предвкушением увидеть этого воина. И с первой секунды лицо Уолда потеряло свет. На земле лежали змей, погибший от меча, воин и ещё три бездыханных серых тела. Юноша пытался дотянутся до девушки, лежавшем в метре от него, но он не мог. Сейчас он даже не мог поднять голову. Видимо, яд змея подействовал. Уолдо спустился и подошёл ближе.
– Я могу помочь? – Спросил Уолдо.
Не сразу он понял, насколько глупо было это спрашивать. Его родные мертвы, а он спросил может ли помочь…
И тогда воин заплакал ещё сильнее.
– Я проиграл, когда их убили.– Не сводил он, с умерших, глаз. – Я виноват.
Уолдо ничего не мог ответить на это. Не знал он, что сказать. Они молчали пару минут, а когда серый юноша решил что-то добавить, то язык его не выдавал внятных речей. Яд продолжал одолевать его.
Уолдо мог сделать лишь одно – положить их тела все рядом. Он аккуратно положил, тяжело дышащую голову воина на землю и подошёл к телу девушки. Едва ли Уолдо мог подумать час назад, что будет прикасаться к холодному телу незнакомого ему. Едва ли мог подумать, что победа может быть одновременно и проигрышем.
Сложив тела двух девушек и одного юноши рядом, Уолдо подошёл к воину и отнёс его к остальным. Безмолвно он плакал глядя на них, бесшумно кричал, закрывая глаза и без веры молил, подняв голову к небу. Уолдо безвластно сам стал плакать, словно, чувствуя на себе его боль.
Может он сделал воину больнее, положив тела его мёртвых родных рядом с ним, словно показывая воину – «вот, что ты наделал». Но его сомнения развеялись, когда воин взглядом поблагодарил его.
– Становись сильным сейчас, чтобы не быть слабым, когда это будет нужно больше всего на свете. – Взывал он к Уолду, не двигая губ.
Яд внутри воина постепенно набирал силы, заменяя плач, на шёпот, а шёпот на гробовую тишину. Воин затих. И затихло все разом.
Вот так, под дыханием смерти, Уолдо получил, пожалуй, свой главный урок. Дрожа. В слезах. В тишине.
