Техника исполнения во всех отраслях человеческой деятельности неудержимо идет вперед и вперед. И, по-видимому, нельзя положить ей предела. Это до такой степени важный всемирный закон прогресса, что нужно удивляться, почему до сих пор он не сделался предметом изучения и специального исследования.
Что такое эта техника исполнения? Всякое исполнение: игра, беганье, пение, физические упражнения — это все исполнение различного рода действий, которые могут быть совершены с большим или меньшим искусством.
Отсюда является техника исполнения.
Насколько она возвышается с течением времени, видно из самого беглого обзора разных сторон деятельности человека.
Возьмем искусства. Скрипичная техника скрипачей XVII века едва достигала упражнений ученика второго класса консерватории. Концерты Виотти, вызывающие фурор, казались в свое время верхом трудности.
Их без труда исполняет теперь десятилетний мальчик.
Что же касается концертных вещей для скрипки нашего времени, то вещи Эрнста, Венявского, Чайковского (великолепный первый концерт) даже не могли пригрезиться древним скрипачам; так они трудны и разносторонни.
Но если уж зашла речь о музыке, то поистине здесь шагает в сапогах-скороходах фортепьянная литература.
Как жалки и элементарны были ее первые шаги! Как пышен и роскошен расцвет ее в наше время!
Сравните наивные песенки, аранжированные для слабого шестиоктавного клавесина, каждой клавише которого соответствовала тоненькая кишечная струна, с великолепными фортепьянными пьесами нашего времени. Что за звук подобный инструмент. Жалобный мягкий писк на высоких нотах и нечто вроде тихого шума на низких.
И вот этот инструмент превратился в ослепительно блестящий громогласный рояль Штейнвея, Бехштейна, Ратке (Петербург), а соответственно этому выросла и развилась игра фортепьянных виртуозов.
Факт налицо: техника инструмента и техника исполнителя находятся в соответствии между собой. Этот принцип распространяется решительно на все. Сравните револьвер Кольта, пятизарядный, заряжавшийся, как пистонное ружье, с дула, стрелявший слабо и неверно, с новейшим браунингом, с автоматической коробкой, наполненной пулями со стальной оболочкой.
Сравните и стрельбу из этих револьверов. Сравните артиллерию древнюю и новую.
Сравните литературу прошлого века с новейшей, технику театральных пьес, старинных пьес и новейших, взгляните на успехи фотографии, электротехники, которые являются плодами человеческого мышления и технического исполнения.
Взгляните на всемирные рекорды в беге, поднимании тяжестей, борьбы, плавании, езде на велосипедах.
Ведь это только человек, совершенно незнакомый со спортом, может наивно и невежественно утверждать, что древние атлеты стояли выше современных.
То же самое замечается и в той отрасли человеческой деятельности, которой посвящена эта книга, — бильярдной игре. С каждым годом игроки становятся все сильнее и лучше. Это находится в прямой связи с улучшением фабрикации бильярдов.
Тут я должен оговориться.
Всякий предмет, всякая вещь развивается более или менее быстро, пока идея ее не будет выражена с достаточной силой. После этого дальнейший прогресс вещи становится весьма медленным. Двухколесный велосипед с пневматическими шинами, появившийся в 1892г., в первые десять лет своего существования подвергся невероятным превращениям, пока не выработался теперешний тип его, который улучшить уже не легко: идея близка к своему надлежащему осуществлению.
Подобно велосипеду, после кия Манго 1827г., стал развиваться французский бильярд и скоро достиг того совершенства, которое только возможно для инструмента этого типа.
Я скажу более: идея французского бильярда в настоящее время исчерпана, по-видимому, вполне. Дальнейшие улучшения для него могут быть ничтожны.
В самом деле, взгляните на французский бильярд. Это стол с четырьмя сплошными бортами. Никакое искусство столярной техники не сделает в нем чего-либо, что влияло бы заметно на игру. Размеры бильярда, вес и диаметр шаров, длина и вес кия, упругость резины — все это было тысячу раз измерено, вычислено на практике.
И вот имея столь прекрасный, вполне законченный с технической стороны инструмент, игроки принялись изучать его и усовершенствовать карамбольную игру.
Двадцать лет назад игроки, делавшие 200 карамболей с кия, считались выдающимися. Теперь есть игроки, делающие десятки тысяч карамболей с кия.
Это показывает с достаточной ясностью, как шагнула вперед техника исполнения.
Далеко не так обстояло дело по отношению к русскому бильярду. До 1840 года шары для этого бильярда были с китайское яблочко. Шары пятишаровой партии — величиною с грецкий орех считались в пятидесятых годах прошлого века уже крупными. Я сам их видел и играл такими шарами.
Бильярды представляли подобие высокого стола на тонких ножках с огромными, неуклюжими лузами. Именно про эти лузы Бакастов писал, что в них шары могут вкатиться рядом.
Представьте себе превосходного игрока доброго старого времени, игра которого развилась на таком бильярде. Про него говорят, что он кончает партию с кия.
