— Хочешь поспорить? Предлагаю тебе пробежаться с нами сегодня вечером. Держу пари, я смогу бегать вокруг тебя кругами. — В волчьем обличье я, наверное, смогу. Теперь, когда я чувствовала себя более комфортно в своей измененной форме, я становилась быстрее.
Его глаза загорелись вызовом.
— А если я выиграю?
— Ты не победишь, но если ты каким-то образом найдешь способ сжульничать, тогда я обещаю, что ты будешь учить меня драться по-настоящему, без детских глупостей. Один на один, без жалоб в течение целого месяца. — Мой желудок сжался от такой перспективы. Фауст был ужасным учителем и преуспевал, заставляя меня страдать. — Но, если ты проиграешь, — сказала я, прежде чем он успел заявить о своей преждевременной победе. — Ты должен бегать со мной голышом по лесу каждую ночь в течение того же месяца. Это может стать для нас связующим опытом.
Он открыл рот, чтобы возразить, но я покачала головой и одарила его приторно-сладкой улыбкой, на что он вместо этого сказал:
— Прекрасно. Тогда обнаженный. — Его пальцы еще сильнее впились в мое бедро, когда он наклонился ближе, приблизив губы к моему уху. — Но, когда я вытащу тебя туда, под лунный свет, покрытую грязью, потом и кровью, я собираюсь вылизывать твою киску, пока ты не начнешь кричать так громко, что тебя услышат в Нок-Сити.
Его рычащие слова посылали волны удовольствия по всему моему телу, заставляя меня не желать ничего больше, чем взобраться на него прямо здесь и сейчас. Мое тело взывало об освобождении после того, как он оставил меня под кайфом.
— Договорились, — сказала я с ухмылкой. Я знала, что на этот раз мои шансы обогнать его были довольно высоки. Тем не менее, с нетерпением ждала сегодняшней пробежки, даже если в итоге это был единственный раз, когда смогу увидеть эту сексуальную обнаженную задницу в лунном свете.
Я повернулась к нему спиной и провела расческой по волосам, прежде чем нанести немного лосьона с ароматом сирени на руки. Все это время он молча наблюдал за мной, оценивающе оглядывая изгибы моего тела. Я заметила, что его внимание на мгновение задержалось на моей спине, которая случайно оказалась открытой в этом облегающем платье. Намек на гнев промелькнул в его взгляде, когда он осмотрел мои серебристые шрамы, но когда поймал меня, наблюдающую за ним в зеркале, он стер это выражение со своего лица и сказал:
— Давай. Я сказал, что должен тебе кое-что показать, и у нас не так много времени до культового жертвоприношения.
— Это церемония, придурок.
— Культовая церемония, — сухо сказал он.
— Фу, просто покажи мне. — Я вздохнула, стараясь не ухмыляться. — Но тебе лучше не говорить это дерьмо перед стаей. Они серьезно относятся к благословению Селены.
Я все еще не была уверена, верю ли в их богиню, но знала, что Август верит. Поэтому решила, что буду уважать это, даже если это покажется немного… культовым, хотя я никогда бы не призналась в этом вслух.
Он нетерпеливо ждал у двери. Я подумала, что смогу уделить немного времени тому, что Фауст до смерти хотел мне показать. В любом случае, я сделала все, что могла, чтобы подготовиться к этой ночи, и в данный момент просто тянула время, пытаясь занять себя и успокоить нервы.
Он взял меня за руку и вывел из комнаты. Мы прошли через дом, и я нахмурилась, мое внимание сосредоточилось на комнате Атласа. Я не чувствовала его внутри, и не учуяла здесь ни Августа, ни Меррика, если уж на то пошло. Это заставило меня задуматься, вернулся ли Бастиан вообще. Я действительно не хотела, чтобы он пропустил церемонию. Просто в Бастиане было что-то успокаивающее и теплое. Всякий раз, когда он был рядом, я чувствовала себя в безопасности, и это чувство было для меня ново. Поэтому он был нужен мне здесь сегодня вечером. Мне нужно было, чтобы они все были здесь, со мной.
Теперь у них у всех были постоянные комнаты здесь, в доме стаи, хотя Атлас проводил несколько дней то здесь, то там в новом доме ковена. У него все еще были дела, о которых он должен был позаботиться, и обязанности перед ковеном, но он бывал здесь чаще. Он даже продал право собственности на «Ру» другому вампиру, хотя и неохотно, сказав, что у него просто больше нет времени сосредотачиваться на этом. Он решил оставить свои политические устремления позади теперь, когда мой отец навсегда исчез со сцены, и теперь он больше сосредоточился на восстановлении присутствия своего ковена в городе.
Мне понравилось, что ребята решили поселиться здесь, со мной, где я чувствовала себя наиболее комфортно. Не думаю, что когда-нибудь захочу вернуться в город снова. Было слишком душно. Когда-нибудь, думаю, мне бы даже захотелось немного попутешествовать и увидеть новые места. Я устала жить в позолоченной клетке.
Он повел меня в подвал, и я остановилась, когда он переступил порог, приподняв бровь.
— Если ты планируешь приковать меня к стене, то, возможно, захочешь выбрать для этого другой день. Как бы странно это ни звучало, у нас определенно нет на это времени. — Я вспомнила те наручники и цепи, свисающие с потолка и стен.
