Он как мог, связал серых, отметив себе для памяти, что неплохо было бы иметь хоть пару наручников, и оглянулся. Никто никуда уже не бежал, и воевать не хотел.
— Корабль зачищен. В радиусе могут оказаться блуждающие серые и пауки.
— Принял. К тебе выезжает группа Дуба, и Большого.
— Принял.
Никита вытащил серых на крышу корабля, чтобы те не испортили чего важного, и в накатывающихся мягких сумерках, присел на краю тарелки свесив ноги.
Через полчаса, вокруг стало не протолкнуться. Парни из спецотдела разбирались с телами и что-то делали с тарелкой, доктор мерял Никите давление, и кормил какими-то таблетками, а он просто отдыхал, глядя за всей этой суетой, в состоянии самадхи.
— Док, а зачем вы мне снотворное дали? — Никита неприязненно посмотрел на врача. — Я разве об этом просил?
— Вам сейчас необходим отдых… залепетал майор медслужбы что-то пряча в глубину кармана.
Не вставая, Никита снизу-вверх пробил в грудь майору, и когда тот потерял связь с реальностью, уложил его рядом, и вытащил руку из кармана в которой врач сжимал шприц-тюбик промедола.
Вызванный по радио генерал, подошёл быстро и бросив взгляд на лежащее тело, вопросительно посмотрел на Никиту.
— Сначала всунул мне снотворное, а после, хотел уколоть вот этим. — Он ткнул пальцем на ладонь ещё сжимавшая сильнейшее обезболивающее.
— Интересно как. — Генерал присел на корточки, и оглянувшись нашёл взглядом одного из своих людей.
— Егоренков, найди нашего доктора, и пусть мухой несётся сюда. — И повернувшись к Никите спросил. — Ты всегда такой… внимательный?
— Так не дают расслабляться товарищ генерал — лейтенант.
— Это верно. — И оглянувшись на подбегавшего начмеда, встал. — Коля, почему рядом с Никиткой трётся какая-то левая тварь? Почему здесь нет твоих людей? Почему нет хотя бы санитара из числа офицеров? — Спокойно начал генерал, хотя внутри него всё бурлило. — Посмотри, там у него в ладошке, то, чем он собирался уколоть Никиту, когда тот уснёт. И что потом? Разберись давай, и чтобы до донышка. Завтра доложишь.
— Слушаюсь, товарищ генерал-лейтенант. — Начмед откозырял командиру и стал отдавать команды, пакуя мутного доктора.
Домой Никита попал под утро, и едва сполоснувшись в душе, рухнул на кровать, чтобы проспать целые сутки. Но проснулся во вполне приличном состоянии, готовый к труду и обороне, а после ванной, сел в кресло на балконе, и попивая кофе, стал раскидывать полученные очки прогресса. Ему в последнем бою не хватило скорости создания узоров, их наполнения, регенерации, и некоторых других параметров, и он, тщательно выверяя каждое улучшение, распределил двадцать пять единиц прогресса оставив ещё двадцать пять на всякий случай.
Его персональный эфирный колодец уже сформировался на 80 процентов, и дело шло к завершению. Но уже сейчас, узоры строились быстрее, а истощение наступало намного медленнее, что очень помогло, в процессе лечения пострадавших на последней операции.
Но это касалось лишь уже известных параметров. Но постоянно вылезали всё новые и новые. Стратегическое планирование, тактические схемы или, например, рукопашный бой в невесомости, зачистка кораблей от враждебных сил, и база данных на корабли стандартных классов, за которую просили целых пять единиц. Надо полагать, что существовали корабли нестандартных классов, и эта база стоила совсем дорого.
