В болезнях Варя совсем не разбиралась, и могла опираться лишь на сказанное врачами, и их диагноз звучал весьма печально. Никита не сможет жить жизнью нормального человека, и ему до конца жизни понадобится чья-то помощь. Да девушка была комсомолкой, но это не мешало ей молиться у старого почерневшего образка, выпрашивая у высших сил здоровья для брата. И то, что случилось, она никак иначе не воспринимала как чудо, что никак не нарушало её картину мира, где вполне уживались комсомольские стройки и «Кекс майский», как в советской торговле стыдливо именовался пасхальный кулич.
Времена воинствующего атеизма канули в прошлое, и все, кто хотели, заходили в храмы, хотя для членов партии, это могло стать поводом для серьёзного разговора на парткоме, но всё зависело от секретаря «первички». А вот так, дома и не афишируя, вообще без проблем, даже для ответственных секретарей и инструкторов обкома.
Поэтому комсомолка, спортсменка и просто красавица Варя Калашникова совершенно спокойно молилась у старой семейной иконы, где на почерневшей доске едва – едва угадывался образ Спасителя.
Чертыхнувшись на стоявший посреди комнаты ящик с инструментами, она задвинула его за дверь, попутно удивившись что тот явно стал легче, продолжила возню по хозяйству.
Начальные пункты – это достаточно серьёзно, потому как единица телосложения в системе отсчёта весьма развитой цивилизации это отлично развитое тело по меркам землян. Также это касалось эфиристики, и единица в характеристиках, это просто очень слабый маг – универсал. Да, он не сможет зажигать звёзды и закрывать чёрные дыры, но на единичную схватку на уровне рядового мага, его вполне хватит. Но конечно только при соответствующем обучении, потому как необученный стихийный маг опасен и для себя, и для окружающих, и на всех эфирных способностях, ассистент перед развитием наложил закрывающую печать.
Но интеллектуальный прогресс шёл огромными темпами, благодаря тому, что нейроассистент тоже учился, впитывая знания через книги, читаемые носителем, и слушая радиопередачи.
Видя с какой скоростью поглощает книги её брат, Варя стала оставлять на столе свои учебники и конспекты. Конечно она не верила, что вчерашний дебил сможет что-то понять из мешанины формул и технических терминов, но вполне обоснованно полагала, что любое чтение пойдёт ему на пользу.
Но восьмёрка в интеллекте, это по земным меркам очень серьёзно, и одолев за пару вечеров стопку школьных учебников, оставшихся с тех времён, когда училась сестра, стал разбираться в её институтских учебниках и конспектах.
На улицу он теперь выходил редко, в основном когда об этом напоминал нейроассистент, но уже не сидел на лавочке, а прогуливался вокруг дома, временами заходя на спортивную площадку, построенную энтузиастами под открытым небом, с примитивными штангами, гирями и прочими спортивными снарядами, собранными из металлического лома.
Несмотря на проведённое укрепление мышц и сухожилий организм нуждался в физической нагрузке, и под руководством нейроинтерфейса Никита подтягивался, отжимался и совершал сложные движения.
Лето проходило своим чередом, когда Никита стал понемногу участвовать в готовке и уборке квартиры, и ходить за продуктами. Продавщицы гастронома сначала слегка охренели от вида вчерашнего дебила, вполне нормально разговаривающего и свободно считавшего в уме рубли и копейки, вычисляя цену товара за грамм, но постепенно привыкли и привечали аккуратного и вежливого подростка. А через какое-то время, он стал подрабатывать в магазине грузчиком, легко таская тяжёлые мешки и никогда не напивался, чем грешили абсолютно все предыдущие работники.
Но у директора магазина, кроме водки и вина, было чем поощрить хорошего работника, и Никита стал приносить домой, когда кусок хорошей колбасы, когда шмат мяса, а когда даже шоколадные конфеты, что наряду с хорошим коньяком и прочими деликатесами помогали открывать двери в советский неназойливый сервис.
Глядя на красивую коробку конфет «Рот фронт», Варя вдруг подумала, что деньги от государства за нетрудоспособность Никиты — это хорошо, но вот снять с него инвалидность и устроить в школу – куда лучше, для его будущего. А со школой можно договориться, или сдать экстерном, но во всяком случае, перед ним, бывшим инвалидом открывается прямая дорога в жизнь, что ещё недавно оставалось предметом тайных мечтаний сестры. А до сентября осталось всего полтора месяца и многое нужно успеть.
И отпросившись в деканате на целый день, она с Никитой пошла к доктору Игнатовичу возглавлявшему комиссию при райсобесе.
[1] Часы для Кригсмарине с характерными буквами "К.М."
[2] 23х75 миллиметров.
