Деление культуры по уровням – это одна из возможностей ее структурирования. До этого культура вообще рассматривалась нами как некая целостность. Но культуру неизбежно, хотя и очень различно, структурируют, ибо она представляет собой весьма сложное целое. Целостность ее осмысляется в зависимости от задач, которые встают перед исследователями. И само наличие этой целостности порой вызывает сомнения.
Вопрос заключается в том, о какой целостности идет речь? Представляет ли собой культура единую систему, конгломерат систем? Структурируется ли культура, и если структурируется, то как? Целесообразно ли то или иное ее структурирование?
М. С. Каган, например, считал культуру сверхсложной фундаментальной системой, отстаивая преимущества именно системного подхода к ее изучению.[85] Что касается самого системного подхода (не бесполезного), до сих пор не вполне ясно, чем был вызван такой ажиотаж вокруг него, поскольку науке всегда присуще стремление к системности исследований. Что же касается рассмотрения культуры как системы, проблематично реальное существование
Если все–таки исходить из очевидного наличия культуры как сверхсложной совокупности ценностей, ученые (которые мыслят системно) прежде всего выделяют в исторически временном аспекте отдельные этапы существования культуры. Так называемые Первобытность, Античность, Средневековье, Возрождение, Новое время, Современность обладают некоторыми особенностями в плане бытия культуры, состава и иерархии ценностей. В каждом из крупных исторических периодов выделяются и отдельные составляющие, например, в Античности – культуры Древней Греции и Рима, в средние века – культуры раннего и позднего Средневековья. Историки культуры стремятся уловить своеобразие каждой из культуривтоже время обнаружить связи между ними, преемственность, воздействия культур предыдущих эпох на последующие. Какие–то связи, заимствования из культур прошлого, простая преемственность отмечаются сплошь и рядом. Но исследователи, отстаивающие принцип уникальности любой культуры, считают такие связи несущественными, преемственность практически отсутствующей. И в том и в другом есть что–то от истины. Культура одновременно и хрупка и необычайно живуча, и связи между культурами – тоже. Многое сохраняется и пронизывает культуру, зародившись в глубокой древности. Локальные культуры вроде бы погибают целиком и полностью, памятники культуры разрушаются, уничтожаются. Порой кажется, что культура, скажем, покоренного народа вытравлена, исчезла без остатка вместе с храмами, рукописями и, главное, культурными людьми. Но ценности культуры не пропадают вместе со своими носителями. Воланд в романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита» именно это имеет в виду, когда говорит, что рукописи не горят. Бумага–то горит. Формы меняются, носители ценностей – тоже. Но если ценность была порождена, как–то проявлена, выражена – значит, она действовала и, пусть подспудно, странными путями, действует и сейчас, даже если мы об этом не подозреваем. Вся культура прошлого присутствует в настоящем, иногда будучи измененной до неузнаваемости. И первобытное и средневековое нет–нет да проглянет более или менее явно в бытии современных культур.
Достаточно отчетливо выделяются элементы культуры и в пространственно–региональном аспекте. Ведь в каждый отрезок времени сосуществуют и иногда взаимодействуют локальные культуры (культуры регионов, стран, народов (этносов), племен и т. д.), своеобразие которых настолько очевидно, что дает основание считать некоторые из них различными, вплоть до противоположности, до взаимоисключения. Общеизвестно киплинговское «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и им не сойтись никогда». Теоретически это выражено историками и культурологами, развивавшими концепции локальных культур, замкнутых цивилизаций, исторических циклов культурного развития. Н. Я. Данилевский, О. Шпенглер, А. Тойнби – каждый по–своему разрабатывал представления о типах культур, отдельных культурах, исходно несхожих, не оказывающих одна на другую существенного культурного воздействия, враждующих друг с другом, исчезающих практически бесследно. Позже у Л. Гумилева появилось в чем–то близкое к этому представление о культурах разных этносов.
Таким путем шло преодоление
