— Хорошо, — не отказался я от помощи красивой девушки, потому что уже окончательно потерял равновесие вылезая из электромобиля.
— А Муромцев, кстати, когда должен подойти не знаешь? — поинтересовался я у девушки, что вышагивала рядом со мной от бедра, демонстрируя окружающим мужчинам великолепно отточенную походку манекенщицы.
— Откуда? — удивилась Юля, — нам простым рабочим лошадкам научного прогресса не докладывают почему восходят такие звезды.
Она наконец привела меня к помещению, где вокруг кучи разных деталей суетились десятки людей.
— Сергей Петрович, — меня первым заметил солидный мужчина лет сорока и кивком поблагодарил и отпустил Юлю.
— Владимир, — в ответ представился я и пожал протянутую руку.
— Вот смотри, — сразу перешел к делу мужчина. Говорил он серьезно и уверенно. Общался будто с равным. Я сначала даже удивился, что ученые не смотрят на меня с высока. А потом догадался, что подчинённые Александра Львовича еще не отошли от вчерашних жарких дискуссий по внутренней связи объекта. В их глазах я был не левым покалеченным мальчишкой, а тем, кто всего парой своих выкладок перевернул очень многое в их понимании мира. И к тому же за меня поручился Муромцев, общепризнанный гений мирового уровня. А авторитет в ученой среде значит едва ли не больше, чес в каком-нибудь закрытом криминальном сообществе. Все-таки как хорошо обладать после знанием. Не имея этих почти случайно полученных сведений, то было бы очень сложно убедить в хоть кого-нибудь просто в том, что я здоровый человек. И меня не надо сразу тащить в психушку.
Я внимательно изучил чертежи будущей камеры, где должно будет происходить автоматическое преобразование пары углерод-рений в стабильные высокотемпературные сверхпроводники.
— Так, — я ткнул пальцем в чертеж, — вот это и вот это надо будет изменить. Иначе будут слишком большие паразитные потери энергии. А магии на планете и так почти и нет. Что?
Я посмотрел на удивленно втянутые лица и мысленно себя обругал. Это мы там в будущем привыкли использовать это слово. Ну а что? Если крякает, как утка и летает, как утка, то зачем придумывать всякие дополнительные термины? Здесь ученые еще были полны целым океаном малость нездорового скептицизма.
— Ну а что? — я решил не смущаться, а пойти в наступление на ретроградов. — В разве не заметили, что эта темная энергия один в один похожа по свойствам на волшебство из старых сказок. Вообщем не важно. Давайте работать. Нужно успеть все собрать до прихода нашего самого большого босса.
Все сразу зашевелились, хоть поглядывали на меня теперь со здоровым кусочком скептицизма во взгляде. Но упоминание большого босса, которого искренне уважала молодая поросль российской науки, сделало свое дело. И работа закипела. В принципе сама камера преобразования технологически была не сложной. Титано-керамический прямоугольный ящик с двумя входами-входами под продукцию. Причем не большой. Пока замахиваться на нормальную промышленную установку рано. Надо сначала полностью обкатать все нюансы на лабораторном образце. Настоящая сложность заключалась в очень непростом узоре из золотого сплава с разными дополнительными примесями в составе, для обеспечения максимально низкого сопротивления при течении по нему магии. Плюс еще напыление на поверхности этого энергопровода из метеоритного вещества с места падения в Подкаменной Тунгуске в качестве своеобразной изоляции. Но это не мои сложности. Научно-производственное отделение утверждало, что смогло справиться с поставленной им задачей. Я конечно проверю потом, но сначала мне надо наложить зачарование на управляющий кристалл из природного алмаза. По сути эти плетения, что я собирался вложить в бриллиант, были набором обычных управляющих программ. Вся разница с написанными на компьютере заключалась в том, что они напрямую могли взаимодействовать с магией. Иначе к каждому подобному артефакту пришлось пристраивать мага, с колоссальным уровнем контроля своего дара. И неизвестно получилось бы такого Владеющего найти на нашей планете.
— Дайте мне не тронутый кусок метеоритного камня и проследите, чтоб меня никто не беспокоил, — наконец вылизав полностью всю схему камеры преобразования уточнил я. — И кстати вы сделали ту иридиевую прямоугольную коробочку с двумя впаянными входами из золотого сплава?
— Еще нет, но работаем. Особых проблем с этим нет, только времени требуется побольше. Не самый простой материал. — Ответила мне Юля, в своем белом халате мало похожая на ту секс-бомбу, что везла меня сюда на электрокаре.
— Идем, — ко мне подошел Сергей Петрович и поманил за собой, — все в принципе уже готово по твоим требованиям. Вот эта лаборатория со стеклянной стеной.
