– Нет, Евгений Михайлович, ну что вы! Объективная реальность от нашего восприятия не зависит. На то она и объективная. Просто сместился акцент. То, что мы раньше считали объективным, теперь, как оказывается, подчиняется человеческому разуму. Но как именно оно подчиняется, тоже определяют объективные факторы. Это точно такие же законы, как и раньше, только в несколько иных условиях. Представьте, что мы здесь, на Земле, за все время последовательного научного познания, из поколения в поколение, пока что открыли законы лишь для одного частного случая: для минимума энергии материализации. Теперь мы знаем, что минимум этот может быть превышен. Превышен волей конкретного человека. Нужно лишь знать, как это сделать, и, возможно, обладать определенными предпосылками. Разрешением, допуском, дозволенным лимитом превышения. Я не знаю, чем там еще. Хорошей кармой, в конце концов. Называйте как угодно.
– Да, любопытная мысль. Я смотрю, ты еще пока за всей этой своей меркантильной мишурой не утратил способности рассуждать аналитически.
– Наверное… – Козырев неопределенно скривился. Заслуженная критика профессора была ему неприятна, и каждый новый укол отдавался в сердце острой болью. – И чем дольше я думаю, тем больше убеждаюсь: существование мира без управляющей, утверждающей силы невозможно. Такое огромное количество случайных совпадений, произвольных поступков, этих спонтанных проявлений человеческой воли. Разнонаправленных, противоречивых, взаимоисключающих целеустремлений. Их огромное количество неизбежно привело бы к коллапсу. Анализ показывает: энтропия огромна! Хаос, абсолютный хаос! В таких условиях система не может оставаться устойчивой. Значит, должен существовать некий компенсационный механизм, который каждый раз собирает из всех этих событий единую непротиворечивую замкнутую систему. Каждый кадр бытия, каждый временной квант существования мира. Это как версия большой программы, очередная сборка. Протестированная и акцептованная для материальной реализации.
– За такое короткое время?
– Что вы хотите сказать?
– Драхма, тот самый квант времени, если, конечно, он существует, слишком мал. Трудно представить, чтобы за столь короткий промежуток можно было просчитать такое гигантское количество вариантов и найти оптимальный.
– Ну, знаете ли, почем нам знать? Вы снова пытаетесь оперировать привычными понятиями. Нужно как-то подняться над ними. «Что может знать рыба о воде, в которой плавает всю жизнь?»[78] Что может знать человек о пространстве, в котором существует и из которого не имеет возможности «вынырнуть» хотя бы на секунду? Вот если бы посмотреть на Вселенную со стороны… Тогда, вероятно, представления о ее устройстве изменились бы кардинально.
– Например?
– Хотите пример? Пожалуйста. Вот вы сказали «за такое короткое время». А при чем тут вообще время? Сама суть времени – процесс движения пространства сквозь акашапрану. Вне пространства отсутствует и время. А, стало быть, не существует и ограничений, с ним связанных.
– Ну хорошо, допустим. Допустим, что ты меня убедил. Именно так и обстоят дела в действительности. В теории красиво. Вот ты научился управлять грядущим. И что на практике? Стал счастливее? Жить стало легче? Что собираешься делать дальше?
– Евгений Михайлович, я не знаю. Пока не знаю. Я думал, быть может, вы что-то предложите.
– Я тебе советовал не ввязываться в свои сомнительные эксперименты. Ты же не послушал меня. А теперь мне сложно тебе советовать. Слишком уж нестандартная ситуация. Аналогов в мировой истории не существует.
Судя по всему, выражаясь языком нашего уважаемого Бурхана, ты подчинил себе раджас, а это не совсем то, к чему следует стремиться настоящему брамину! Это, конечно, уже не тамас, но еще и не саттва. Пойми, поскольку именно раджас отвечает за чувства и эмоции, он способен обеспечить удовольствие, наслаждение, может избавить от боли или страдания. Но это мнимое благо! Порождения раджаса поверхностны и скоротечны. Настоящее, подлинное счастье саттвично! Гуны вращаются в гунах, и в нашем сугубо материальном мире трудно разглядеть за ними истину. Я вовсе не призываю тебя отречься от мира, искать мокши или нирваны, стремиться к полному и окончательному освобождению. Нет, я практичный человек и не питаю по этому поводу призрачных иллюзий. Но поверь, даже здесь, стремясь подчинить своей власти материю, ты почему-то избрал самое очевидное решение, первое, что пришло тебе в голову! Разве ж этому я тебя учил? Разве так следует поступать настоящему, подлинному искателю истины? Посмотри в глубь себя, постарайся откинуть ложные привязанности, липкие предубеждения. Ты увидишь, что саттва приносит куда более глубокие переживания, настоящее, подлинное блаженство! Ее труднее узреть, но уверяю тебя, оно того стоит! Саттва – это счастье, саттва – это непередаваемая радость познания истины!
– И что же вы мне теперь посоветуете?
– Очевидно одно, нужно срочно исправлять диссонанс между твоей духовностью и твоими возможностями! Между желаниями души и силой разума!
– Развивать духовность?
