Теория стаи полностью

Бесы создали первую толпу отнюдь не в дни служения Господа во плоти — она была духовно изготовлена сатаной прежде. В различные эпохи и на различных территориях толпы представали в разных одеждах. Во времена Христа в Палестине многоликая толпа сидела в синагогах с набожным выражением лиц и «изучала» под руководством своих пастырей Писания, потому что раввины им убедительно говорили, что выслушивание толкований религиозных вождей и исследование составленных из букв слов Библии и есть способ постижения Божественной Истины (Иоан. 5:39). Изгоняемые же бесы — сами существа водимые — мнений раввинов отнюдь не опровергали, но добавили еще (что и без них и не благодаря им было ясно) — что Иисус, конечно, есть Сын Божий, Истинный Бог, Спаситель, Мессия. Дескать, Он, естественно, — Слово, которое надо исследовать, но исследовать в точности так же, как и прежде — толпой и под руководством. Что и говорить, хитро: Истину глупо отрицать, но ее можно исказить.

И по рекомендации изгоняемых бесов, повинуясь желанию сатаны, поклоняться Христу (как кумиру, а не так, как хотел Он, — в духе и истине) хлынула толпа. Одержимая бесом благообразия — как и прежде.

Но гнала их к Иисусу вовсе не любовь и не стремление к истине.

Они не были к Господу благорасположены. Хотя в нужный момент могли улыбаться. И заискивать.

И вообще играть любую роль.

Толпа Христа ненавидела.

Таким образом, после выявления удушающего наше мышление ложного постулата о любвеобилии толпы, после освобождения от этой деструктурирующей мышление аксиомы, извращающего истину допущения, странности и несуразности в евангельском повествовании исчезают, и все детали образа гармонично соединяются в непротиворечивое целое. Становится понятно, почему Христос, не заботясь о том, чтобы теснившая Его толпа могла Его лучше слышать, и, как следствие, понимать, сел в лодку и отплыл от берега.

Во-первых, что-либо объяснять не способным, а главное, не желающим понимать — бесполезно.

Во-вторых, Иисус, заботясь о безопасности Петра, его эвакуировал, попросив занять место гребца. Поскольку лодка профессиональных рыбаков на таком большом озере, как Галилейское море, скорее всего, была по размерам значительной, то, как прекрасно знает всякий рыбак, удержать ее на воде на месте нужны усилия и сноровка пожалуй что и большие, чем при обычном плавании, и одному гребцу с такой лодкой не справиться. (Необходимость удержать лодку на месте возникает всякий раз, когда закидывают сеть, и она неожиданно запутывается или за что-нибудь цепляется. Сдать слишком сильно назад означает запутать уже опущенный в воду конец; а слишком натянутую сеть не распутать и не отцепить.) Таким образом, обращение лодки в трибуну становилось уважительным поводом забрать с собой в лодку кроме Петра и остальных учеников — в качестве гребцов.

В-третьих, эвакуация на лодку была просто мерой личной предосторожности — от заискивающих поклонов толпа во все времена безо всякого перехода нередко начинала убивать.

Возникает вопрос: если составляющие толпу элементы безнадежны, а собранные в компактное целое даже опасны, то почему, собственно, Христос не уплыл сразу, а все-таки говорил, повернув лицо, как от Него всеми и ожидалось, в сторону берега, на самом же деле обращаясь к тем, кто был рядом? Ниже мы увидим, что эта ситуация аналогична той, в которой Христос через голову Симона Киринеянина обращался к толпе со словами, понятными только Симону.

Если Господь поступил именно так, то смысл в этом определенно был. Но какой?

Первоочередная задача земного служения Христа состояла в основании Церкви (общества людей, осмысливающих происходящее в том числе и на логическом уровне) — то есть в обучении будущих апостолов. Главный же принцип всякого обучения: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вот Христос и отвез Своих учеников подальше от берега, чтобы им было лучше видно оставшееся на берегу, и они, ученики, целостней запомнили происходящее. В дальнейшем увиденное им пригодилось. В частности, после дня Пятидесятницы апостолы беседовали с новокрещенными и с удивлением обнаруживали, что среди них нет тех людей, которые с таким энтузиазмом толпой пришли на берег Геннисаретского озера — после внушения от бесов.

В лодке преподавался урок о сущности толпы (стаи), эта сущность и определяет духовную судьбу каждого ее элемента.

А еще апостолам был необходим урок о двойственной сущности их самих. Апостолы даже после Пятидесятницы долгое время не могли освободиться от национального самолюбования (не шли проповедовать язычникам, а оставались в Иерусалиме, хотя по дару в день Пятидесятницы владели иностранными языками, как родным, — могучий инструмент в проповеди Истины).