Но это был странный доктор. Он любил поэта Бродского, и, в то же время, мог, напившись на чьем-нибудь празднике жизни, выскочить из стационара и пугать вечерних прохожих, протягивая к ним свои докторские ручищи с криком: "Стоять, блядь! Я из мэвэдэ! - с последующим объяснением недоумевающим коллегам, - Вы знаете, что сами сотрудники эмвэдэ говорят только так - мэвэдэ?!". А еще он привнес новую струю в методы ломки и правки костей - применил ржавый рефлектор со спиралью, которым предварительно прогревал спины пациентов (так он решил сэкономить на согревающем растирании). Закончилось это после первых сеансов - все обожженные пожаловались заведующей Л., демонстрируя волдыри на спинах, и она попросила доктора прекратить эксперименты.
Однажды массажист Х. массировал свою хорошую знакомую. Проводя завершающие ласки, как обычно особенно близко склонился над ее спиной и подвел ладони под ее груди. Подняв глаза на шорох, он увидел в щели штор блеск бериевских очков, - новый костоправ наблюдал за его действиями. На следующий день массажист Х. услышал из кабинки, в которой трудился новый костоправ, возмущенный голос женщины:
- Минуточку, что это вы делаете? Ужас какой, сейчас же прекратите! Поглядите, он меня в спину целует!
- Тихо-тихо-тихо, - забормотал сконфуженный голос. - Вы меня не так поняли! Я сейчас все объясню, постойте, куда же вы?! Я просто поскользнулся!..
Но женщина, схватив в охапку одежду, выскочила из кабинки, и одевалась у стола, бормоча под нос что-то гневное.
- По-моему, - сказал массажист У., - это нечто человекообразное. Он пытается подражать хомо сапиенсу. Как его допустили до врачебной практики?
- Если уж нас допустили... - сказал массажист Х.- А он мединститут закончил, не чета нам!
Шло время. Массажисты все чаще наблюдали нового доктора в кабинете невропатолога Л. Он сидел на диване, протянув ноги-столбы до середины кабинета и раскинув по всей спинке дивана руки-колбасы, и о чем-то рассуждал, торжествующе поблескивая очками. Гражданка Л. ворковала в ответ и мило смеялась.
- Кажется, она нашла своего героя, - сказал массажист У. - Честно говоря, я устал. Она - параноик, после нее точно никогда не женюсь. И теперь ни одной женщине не позволю сесть мне на шею со своими бесконечными жалобами на жизнь. Вот пусть друг другу мозги компостируют. Между прочим, я вчера ей позвонил, говорю, мне приходить сегодня? Нет, говорит, у меня голова болит. А меня как толкнуло что. Пошел. Вхожу во двор, поднимаю глаза, а в ее окне - его рожа! Стоит эта глыба (я почему-то представил, какие колоды он в ее унитаз будет отваливать, жуть!), оперся на подоконник, во двор смотрит. Но я как чувствовал, из-за дерева смотрел, он меня не засек. Сегодня говорю ей утром, - ну и как с ним? Случилась, - спрашиваю, - мучительная любовь гигантов? Она даже глазом не моргнула, бровью не повела и вообще никаких кожно-физиологических реакций. Уважаю, ей никакой полиграф не страшен. Ты это о чем? - невинно так улыбаясь. - Сдурел совсем, что ли? Ну, я обрадовался, - она-то, дура, думает, что я переживать буду, а я просто рад - хорошо не бросить женщину, а на кого-то ее оставить, чтобы совесть не мучила. Да и правильно она делает - нахера ей сторож-массажист сдался?.. Но это еще не все. Сегодня после обеда что-то меня разморило, дай, думаю, прикорну в пятом кабинете. Зашел в кабинку, шторку задвинул, лег на кушетку, приготовился подремать. Тут открывается дверь, входят эти двое. Шушукаются, смеются, забрались в соседнюю кабинку, и давай там вошкаться. Слоны, бля! А я лежу как дурак, проявлять себя поздно, и подслушивать как-то... Короче, минут пять повозились, помацались, ушли. Ну, думаю, слава богу, не заметили! И тут он возвращается, - очки, наверное, забыл, - видит мои ноги и злобно так шипит: "Ишь, лежбище устроил!". Нет, ну свинья, мою женщину увел и еще возмущается!
Вечером, когда массажист Х., закончив своих пациентов раньше, ушел, костоправ, улыбаясь, сказал массажисту У.:
- Шамиль, а не сходить ли нам с вами пивка попить в "Ашхану"?
Массажист У. согласился, думая, что там-то и состоится передача женских тела и души с рук на руки по описи. Сейчас костоправ будет просить прощения, умолять войти в его положение, бормотать про любовь, которая выскочила как бандит из-за угла и поразила его в самое сердце...
Они сели за столик. "Я угощаю", - сказал костоправ, заказывая закуску и водки. "Да уж изволь, голубчик!" - подумал массажист У.
Выпили, еще раз выпили, потом умножили все это на два.
- Ты массажист, Шамиль, - сказал костоправ, - наверняка у тебя руки сильные. Давай сразимся?
И они сразились в армрестлинг. "Моя рука попала в лапу к медведю, - скажет потом массажист У. - Я утром понять не мог, чего у меня так плечо болит, и только потом вспомнил, как он меня заломал. Силу мою проверял, тестировал".
Потом они выпили еще, и массажист У. решил перейти к делу, чтобы быстрей с ним покончить, пока противник еще не сильно пьян, пока не началось "мэвэдэ". Обгрызая куриный окорочок, он сказал:
