Все куда сложнее. Вы помните, как в девяносто первом году уже все говорили о переходе к рынку. Но что такое рынок? Новые отношения собственности и новые собственники. Борьба центра и местных политических элит в ту пору — борьба за то, кто будет играть первую скрипку в историческом дележе. Это — главное в происшедшей трагедии.
Тут все верно, кроме слова «трагедия». Горбачев создавал из коммунистического СССР буржуазный ССГ: многопартийность, запрет КПСС, разгон Политбюро, введение рыночной (буквально — капиталистической) экономики, наконец — сама замена СССР на горбачевский ССГ.
Как думал Горбачев, он сможет управлять такой новой буржуазной страной. Но Горбачев плохо знал историю: как только царская Россия в результате буржуазной февральской революции 1917 года развалилась, то тут же ее национальные буржуазные субъекты (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Беларусь, Польша, Украина и страны Кавказа) потребовали национальной независимости, так как без нее сам буржуазный строй в принципе невозможен.
Поэтому ССГ — фактически Союз капиталистических государств — заведомо был химерой Горбачева: при госкапитализме правит национальная элита. Ни кто делиться миллиардами долларов с Центром не станет. В итоге Горбачев повторил еще раз историю царской России. Как только он ввел капитализм, то тут же потерял власть над всем.
Понимал это Горбачев или нет — он так и не сказал. Но факт в том, что он читал так называемый «Меморандум Бурбулиса» — по имени политика, сменившего Горбачева в его кабинете, которому приписывают авторство. Это якобы секретный текст советников Ельцина, который еще задолго до краха СССР получил Горбачев. В документе два важных момента.
1. До августовских событий руководство России, противостоящее старому тоталитарному режиму, могло опереться на поддержку лидеров подавляющего большинства союзных республик, стремившихся к упрочению собственных политических позиций. Ликвидация старого центра неизменно выдвигает на первый план объективные противоречия интересов России и других республик. Для последних сохранение на переходный период сложившихся ресурсопотоков и финансово-экономических отношений означает уникальную возможность реконструировать экономику за счет России. Для РСФСР, и так переживающей серьезный кризис, это серьезная дополнительная нагрузка на хозяйственные структуры, подрыв возможности ее экономического возрождения.
2. Объективно России не нужен стоящий над ней экономический центр, занятый перераспределением ее ресурсов. Однако в таком центре заинтересованы многие другие республики. Установив контроль над собственностью на своей территории, они стремятся через союзные органы перераспределять в свою пользу собственность и ресурсы России. Так как такой центр может существовать лишь при поддержке республик, он объективно, вне зависимости от своего кадрового состава, будет проводить политику, противоречащую интересам России.
Позиция понятная и абсолютно правильная: формат госкапитализма никак не вписывается в устаревшие союзные отношения. Например, сегодня Россия, получив сотни миллиардов долларов на спекуляции нефтью (продавая ее втридорога), должна была бы большую часть прибыли раздать республикам Средней Азии, где живет почти столько населения, сколько в самой России, хотя сии страны к Российским запасам нефти никакого отношения не имеют.
