Как у Вики в офисе и дома. Но у нее они темные, сюрреалистические, себе на уме. А здесь рисунки, наоборот, добавляют света.
О Вике сейчас думать не хотелось.
Я сел на кровать рядом со Снежаной и еще раз окинул взглядом комнату. Неглупая она девушка, хотя строит из себя почти ребенка.
Она лежала, только наполовину накрывшись одеялом. Светлые волосы разметались по подушке. Спинка голая. Страшно захотелось ее погладить… но нельзя.
Я вышел из квартиры и аккуратно закрыл дверь.
…Только я перешагнул порог офиса, как раздался звонок. Кто это в восемь утра? С ума сойти — барон Вадим Горчаков собственной персоной!
Ему можно звонить хоть в восемь, хоть в шесть. Отличный он парень. Многим я ему обязан. Со многими нужными людьми свел, с той адвокатской коллегией под патронажем князя Батурина, с помощью которой я надеюсь вернуть адвокатский статус.
Неужели что-то случилось? Образ жизни Вадима таков, что обычно он просыпается ближе к обеду и начинает пить шампанское (по его мнению, оно вполне заменяет кофе).
— Да, слушаю.
— Как официально, — зевнул в трубку Вадим. — С девчонкой, что ли, какой, впечатление на нее производишь?
— Один в офисе. В шоке от того, что ты мне звонишь в восемь. У тебя все нормально?
— Все замечательно! А чего не спится — не знаю. Пора, наверное, начинать вести трезвый образ жизни и делать зарядку по утрам.
— Ты меня так больше не пугай.
— Хорошо, не буду. Помнишь наш разговор, когда подвозил меня после ресторана, где мы сидели с батуринскими адвокатами? Я говорил об одном человеке.
Конечно, помню. Вадим обещал меня познакомить с каким-то мастером оккультных наук, которому он рассказал о моем «даре». Он должен был приехать через несколько дней. Приехал?
— Так вот… Сегодня намечается ужин у графа Томилина. Ты его, скорее всего, не знаешь.
— Слышал, но да, незнаком. Немолодой, ему сильно за шестьдесят, кажется?
— В десять часов. Там будет этот человек. Ты приглашен, будет очень удобно завязать знакомство. Плюс к этому и граф Томилин, возможно, захочет обратиться к тебе за помощью.
— Припоминаю…– я слегка наморщил лоб. — Томилин, кажется, под старость ударился в мистику?
— Именно так! На ужине все узнаешь. Там будут только свои.
— Значит, приеду.
— Я тебе скину адрес. Знаю, что ты не любишь званых ужинов, но там будет весьма неофициально. К Томилину люди приходят не поесть, а поглядеть друг на друга. Что-то вроде закрытого клуба единомышленников.
— Все понятно, — отозвался я. — Чтоб вступить в него, не надо пить кровь девственниц?
— Какая интересная мысль, — почесал щеку Вадим. — Насчет крови — не уверен, но алкоголь точно необязательно.
Вадим отключился и тут же прилетело сообщение.
Самый центр Москвы. Кремль в двух шагах. Граф Томилин знает, где надо жить.
Но у меня сейчас другие задачи. И другое место поездки. Меня ждет тюрьма! Встреча с господином угонщиком отрезающим головы. Сидит он, как я уже узнал, в том же изоляторе, в котором был Левшин-младший.
— Привет, Леш, — я набрал тому же тюремному оперативнику, который очень помог в деле с Романом, хотя и не за бесплатно.
— Дело есть, — добавил я.
— На сто рублей? — расплылся в улыбке Алексей.
— Даже больше. Сейчас подъеду.
Скоро я был на месте, а еще через десять минут ко мне в машину залез Алексей. Он, в отличии от оперативника с Главного управления, не боялся разговаривать открыто.
— Мне нужен Денис Викторович Жуков, прозвище Жук. Попал к вам пару дней назад. Наркоман, алкоголик, угонщик, убийца и просто хороший человек. Как бы мне с ним поговорить?
— Ууу, — протянул Алексей. — Да, сидит у нас гражданин. Сидит и нервничает. Просится в отдельную камеру. С людьми боится. Вдруг прирежут.
— А почему его должны зарезать?
— Слухи нехорошие о нем ходят. Что с полицией сильно дружил.
— С ней половина твоего изолятора дружит, а то и больше, — махнул я рукой.
— Этот дружил настолько, что очень уважаемых людей к нам отправил, не какую-нибудь мелочевку. А тем очень не понравился переезд с элитных апартаментов в камеру. Желают отомстить.
— А как узнали, что он их подставил?
— Хороший вопрос. Я не в курсе, однако нервничает Жук страшно.
— Вероятно, его использовали в моем деле. Если он поможет мне, пересадишь его в одиночку?
— Нууу, — Леша опять затянул свою песню, — ты понимаешь, это надо договариваться с начальниками…
— Короче, сколько? — я не выдержал.
Алексей насупился, вынул из кармана клочок бумаги и написал цифру.
— Как выйдешь на пенсию, устраивайся работать в банк. Он на тебе озолотится, — хмыкнул я. — Хорошо. После разговора отдам. У меня все с собой.
— Посиди минут пятнадцать. Я позвоню, — просиял Леша и почти вприпрыжку помчался обратно на работу.
Расценки, конечно, аховые. Но деваться некуда, да и Левшин за все платит. А у него денег достаточно, тем более что тратит он их на сына.
Раздался звонок. Снежана, звонит по видео. Только бы не из ванной звонила, взмолился я. Я же потом на работу не настроюсь!
Собрав волю в кулачок, нажал на кнопку.
Нет, не из ванны. Из постели. Только проснулась, еще не одевалась. Одеяло натянуто до шеи. Снаружи торчит одно обиженное личико.
