На второй день в джунглях очередной раскисший просёлок упёрся в заброшенную пристань, возле которой была пришвартована самоходная баржа. После проверки выяснилось, что судно было исправным. Больше того — на борту имелось достаточно горючего, чтобы подняться по реке как минимум до покинутого поместья, а то и выше. Конечно же, мы не могли не воспользоваться такой возможностью.
Пока грузились и заводили на палубу по наспех оборудованным пандусам грузовики, я и Трумбэл обследовали пристань. Было бы совсем нелишним понять причину ухода персонала, потому что никаких следов столкновений мы не обнаружили. Складывалось впечатление, что персонал в какой-то момент просто собрался и ушёл в лес, бросив всё хозяйство, включая вполне исправную баржу.
Пристань представляла собой небольшой пирс, сделанный из какого-то особо прочного вида местной древесины, которая выцвела и посерела от времени. Примечательно, что на досках, несмотря на постоянный контакт с водой и влажную атмосферу, не было ни малейшего следа гниения. Или очень эффективная пропитка, или же особенное дерево… выяснять такие мелочи не было времени. Хотя в далёком будущем, когда будет налажено надёжное сообщение с Землёй, такие знания вовсе не будут лишними.
Для начала мы попытались определить — кого среди персонала было больше, людей или трийан. Однако и это нам сделать не удалось: предметы обихода и оборудование в основном были универсальными. Следы быта тоже принадлежали обоим видам.
— Чудно оно как-то… — озадаченно бормотал Трумбэл, почёсывая свой сильно заросший подбородок, — будто они заодно собрались, да и вальнули до лесу.
— Может, совпадение? — предположил я. — Их эвакуировали по какой-то другой причине, не из-за войны. А уже потом всё началось?
— Хех! — хмыкнул предводитель бывших заключённых. — Если б оно так просто было. Когда ксиллак трижды пролетает над твоей головой в одну ночь — это не случайность, а сигнал, что ты стоишь на кладке из драгоценных кристаллов.
Я хмыкнул, роясь в наведённой памяти в поисках информации о том, что такое ксиллак. Впрочем, долго искать не пришлось: ксиллак — это вид энакай, обитающий исключительно в горах. Эта летучая тварь имеет две привычки: добивать ослабевших в горах путников, чтобы потом полакомиться самыми вкусными, с её точки зрения, частями тела и собирать драгоценные кристаллы в своём гнезде.
— А если четырежды — тебе пора проверить свои яйца… — добавил Трумбэл, вздохнув.
— Да уж, не лишняя предосторожность, — улыбнулся я.
— Я вот чего думаю, — продолжал он. — Тут места-то больно глухие. До городов далече. Так, может, местные-то как-то разрулили промеж собой, а? Разошлись миром, каждый к своим?
«Знаешь, а вполне рабочая гипотеза, — вставил Вася. — Когда контроль далеко — можно решать дела по-своему».
— Может, и так, — сказал я. — Только вот ничего хорошего из этого не следует.
— Ну да. Они соображали, что творят, когда учинили всё это, — кивнул Трумбэл. — Значится, не башкой поехали. Просто какого-то начальства забоялись, ага?
— Вроде того, — кивнул я.
В бревенчатом двухэтажном доме, который служил пристанищем для персонала пристани, оставались кое-какие полезные вещи: топливо для печек в виде упакованных брикетов, запасы газа в баллонах, утварь, посуда по мелочи — всё это совсем не было лишним, и помогало улучшить быт, особенно для нашей импровизированной школы-интерната.
Но времени для детального обследования оставалось не особо много. Мы отчалили, как только ребята-спецы обследовали движок баржи и смогли его завести.
Большую часть речного похода я проводил на баке баржи. Следил за горизонтом и за берегами — с помощью средств боевого модуля, разумеется. Днём мне пришлось дважды применить рентгеновский лазер — трийане упорно пытались получить информацию с воздуха, запуская самолёты разведчики. И это меня, скорее, порадовало: видимо, других средств разведки у них не было. Иначе они бы не стали тратить драгоценные ресурсы.
Ещё пару раз я засекал, как по дорогам вдоль берега двигались вездеходы. Возможно, нас пытались перехватить — но никак не могли собрать выше по течению достаточно сил для этого. Логистика в джунглях была огромной проблемой, которая теперь играла нам на руку.
На третий день мы добрались до поместья. На берегу мимо нас проплывали постройки, наполовину скрытые густой зеленью. Интересно, сколько пройдёт времени прежде, чем лес полностью поглотит это место — при условии, если люди сюда не вернутся?
Кое-где ещё виднелись следы пожарища. Это всё ведь случилось совсем недавно — а уже кажется, будто в другой жизни. Не люблю такие моменты созерцательного безделья и обычно стараюсь их чем-то занять. Сейчас было бы неплохо рапорт на Землю написать, обо всём, что случилось, подготовить его для передачи…
«Ты можешь это сделать заранее, — заметил Вася. — А потом, когда появится связь, подправить и сразу отправить, чтобы время не терять».
«А ты оптимист, да?» — улыбнулся я.
«Приходится им быть. Как представлю, что навсегда застрял в твоей черепушке…»
«Ладно, признайся честно — тебе со мной нравится», — сварливо заметил я.
