Тепла хватит на всех – 3 полностью

«Никто не знает, в какой семье родится маг. Это событие считается большой честью для родителей. Но оно же и большое горе: потому что после этого ребёнок перестаёт принадлежать семье. Он становится собственностью Императора. Его навсегда забирают в особое учебное учреждение. Что именно там происходит с детьми — никто не знает. Но после него они не только забывают своих родных. Они становятся абсолютно, до фанатической преданности лояльны Императору. Ещё ни разу не было ни одного мага, который мог что-то сделать вопреки императорской воле. У моих хозяев четыре местных года назад забрали маленького сына. Им дали огромную компенсацию, они могли бы родить ещё несколько детей и ни в чём не нуждаться. Сегодня я поеду в город. Интересно посмотреть, как здесь устроено дорожное сообщение. Моя легенда отлично работает, все считают меня выходцем из Кхаррун-Тора. Всё выспрашивают, как я выживал на Огненной Земле. Приходится отвечать. Столица далеко от побережья, связь может быть с перебоями, но доклад постараюсь отправить».

— Ну? Что думаешь? — спросил Сергеич после долгой паузы.

— Странно. Очень, — честно признался я. — Фокус внимания на деталях. Никакой информации о состоянии, о связи, о задании и приоритетах. А что с зондами? Была какая-то внешняя картинка?

— Нет. Так далеко наши старые зонды не забирались, а новые, с «Росы», он выпустить не успел.

— Кстати, почему «Роса»? А не «Север-2»? — спросил я.

— Мы с самого начала решили делать отдельные серии, под каждого члена отряда, — ответил Сергеич.

— Но зачем?

— Подумай, — сказал он.

До меня не сразу дошло, что я мог вернуться вовсе не первым.

— Ясно, — кивнул я. — Кстати, вы ему какие-то указания давали? После докладов? Что-то не вижу здесь.

— Нет, — ответил Сергеич. — Не давали. Ответное сообщение просто не успело дойти. Там не очень удачная конфигурация ретрансляторов была.

— А после? Посылали зонды?

— Да, — кивнул руководитель. — Можешь посмотреть материалы. Кое-что из его докладов подтвердилось: мы нашли эту ферму. В целом всё соответствует описанию. Но никаких следов Максима обнаружить не удалось.

— Тут два варианта: либо таким образом он хотел нам что-то сообщить, предполагая, что канал прослушивается. Либо мы общались не с ним, — сказал я, почесав подбородок.

— Мы тоже так думали. Но есть и третий вариант. Максим мог, скажем так, получить некоторые повреждения во время перелёта. На той стороне. Понимаешь, о чем я?

Старт, как и в первый раз, был секретным. По тем же причинам.

Сергеич даже предупредил меня, что на случай неудачи, заготовлена инсценировка моей гибели якобы во время испытательного полёта в окрестностях Юпитера.

Я знал, что мой новый корабль огромный, но одно дело знать и совсем другое — увидеть своими глазами. Он стоял в половодье огней величественной и неподвижной громадиной. Солнце едва успело нырнуть за горизонт, но уже разгоралась новая заря — ночь длилась всего лишь полчаса. Вот-вот искусственное освещение снова погаснет.

Казалось, что громадный «бублик» жилого отсека парил в воздухе, в нескольких метрах над скальной поверхностью. И лишь приглядевшись можно было увидеть широкие чёрные опоры. Внутри «бублика» находился энергетический отсек, ребристая семигранная призма, с термоядерным реактором, ионными движками и баком с пропеллентом. Я знал, что в крейсерском положении этот отсек смещался назад, чтобы мощнейшие магнитные поля не создавали опасность для обитаемой зоны.