— Раньше мы не играли на таком уровне, — сухо ответила кадровица. — И потом… Володь, он — железка. Машина. Не человек. Не важно, что Сергеич там себе напридумывал!
— Наверно, ты права. Так будет… спокойнее, — безопасник вздохнул. — Может, было бы лучше спросить у…
Он не договорил. Видимо, показал жестом, кого именно он имеет ввиду. К сожалению, я не имел возможности видеть переговаривающихся — иначе был риск, что они сами меня заметят раньше времени.
— А ты бы рискнул? — спросила Светлана Юрьевна. — Встретился бы ещё раз ради этого?
Безопасник промолчал.
— То-то же. Нет, Володь, мы должны обойтись сами. Если хотим доказать, что вообще с нами можно иметь дело и мы контролируем ситуацию.
— Можно попробовать затянуть репатриацию, — сказал Владимир Петрович. — Под предлогом биологической опасности. Допустим, мы заподозрили наличие новой формы жизни, которая не поддаётся стандартным тестам. А я могу полететь на Луну как раз, чтобы привезти и проконтролировать применение этой системы. Уже на месте разберусь, как попасть в холодильник, и…
— Ну вот видишь! — теперь голос у кадровицы был довольный. — Можешь же, когда припрёт! Давай возьмём за основной план. А если не получится — тогда оставим вариант с аварией, как запасной. В конце концов, такой возможности нас никто не лишит… что такое?
Снова стук каблуков по паркету.
— Да так, мысль одна в голову пришла, — сказал безопасник. — Помнишь утреннее сообщение про сбой контейнера с образцами, который возвращался с Луны?
— Помню. И что?
— Просто странно, что сбой произошёл именно в это время… они ведь довольно редки. Предыдущий был полтора года назад, а контейнеры летают регулярно. Думаю, стоит усилить протоколы безопасности.
— Знаешь что? Я думаю, что это у тебя от нервов. Но хуже не будет — усиливай. Мне одной здесь будет неуютно.
Они молчали некоторое время. Я слышал лишь какую-то возню. А потом безопасник снова заговорил:
— Свет, ну всё, всё, надо возвращаться. Скоро подъём, нас не должны слишком часто видеть вместе.
Звук приближающихся шагов.
«Женя, пора!» — предупредил Вася. Но я уже начал действовать.
Я честно пытался по-хорошему. Вышел им навстречу, приветливо улыбаясь. Да, возможно, моя улыбка выглядела специфично: физиономия со всклоченной бородой, перепачканной засохшей кровью росомахи, кожа будто натянута на скулы — во мне почти не осталось жира. Но, в конце концов, кто виноват в том, что мне пришлось добираться до Земли обходными путями?
— Надо поговорить, — спокойно сказал я.
Кадровичка резко отпрянула. Я заметил, что она зачем-то шарила у себя за спиной. Оружие? Ой как неразумно… впрочем, угрожать она не пыталась.
Другое дело — безопасник. С виду он остался совершенно спокойным. Даже начал медленно поднимать руки над головой.
«Он подал сигнал, — предупредил Вася. — Общая тревога, максимальные меры, изоляция всех отсеков. Немедленный подрыв серверной…»
«Ты перехватил?» — с беспокойством спросил я.
«Ну разумеется!» — ответил Вася.
Его действия определили мой план. Метнувшись к безопаснику, я аккуратно, но уверенно схватил его за шею, в районе сонной артерии. Он пытался сопротивляться — но практики не хватило. Запустил он себя: обрюзг, раздался в талии, потерял скорость.
Действовать приходилось осторожно — я с трудом мог контролировать силы. Сказывалась усталость и значительная перестройка метаболизма.
— Отойди от него! — взвизгнула Светлана Юрьевна. — Не нужно! Что ты делаешь⁈
— Он слишком спешил объявить тревогу, — объяснил я.
Кадровичка тут же убрала руку из-за спины. Прекрасно, значит, адекватно оценила ситуацию.
— Женя, как ты здесь оказался? — спросила она. — Ты… воспользовался Вратами Пентакля? Но это небезопасно, могут быть последствия. Почему ты не указывал в рапортах о находке?
Действительно ли эти «Врата Пентакля» существовали на самом деле, или же Светлана Юрьевна отчаянно фантазировала, пытаясь выиграть время и пустить меня по ложному следу — совершенно не важно. Главное сейчас не это. Надо получить нужную мне информацию до того, как окно возможностей закроется.
— Подойди к окну, — сухо сказал я.
Светлана Юрьевна немного помедлила. Очевидно, она рассчитывала, что я, как обычно, начну с ней расшаркиваться, проявлять вежливость. Хотя бы на «вы» обращусь. Тут для ней снова появлялись возможности немного потянуть время. Но я предпочёл сразу обозначить свои приоритеты.
Я сделал шаг ей навстречу. Если бы она продолжала молчать или мешкать дальше — я бы силой затащил её в шезлонг, обездвижил бы и только после этого начал бы допрос.
Она, видимо, уловила мои намерения, потому что больше не пыталась играть. Кивнула, опустила голову и цокая каблуками направилась к окну.
«Должен заметить, это был не лучший выбор, — вмешался Вася. — Надо было её вырубить. А его оставить в сознании. Было бы проще. Она — более тяжёлый объект».
«Будем считать, что я старомоден», — мысленно ответил я.
— До чего докопался Сергеич? — таким же безжизненным и холодным тоном спросил я, когда она встала возле окна и повернулась ко мне.
