«Это не имеет смысла, — ответил напарник. — Похоже, повреждения куда больше, чем кажется».
Немного поколебавшись, я встал и направился к телу безопасника, который лежал в углу коридора, в той же позе, в которой я его оставил. Неприятное предчувствие возникло ещё когда я только приближался к нему. Так и оказалось: Владимир Петрович тоже был мёртв. Кровь из его носа растеклась тонкой полосой вдоль стены, там был небольшой уклон, поэтому я не сразу обратил на неё внимание.
«Вася, мы все в опасности?» — мысленно спросил я, чтобы подавить нарастающий поток панических мыслей.
«Сложно сказать, — ответил напарник. — Думаю, если бы нас хотели или могли убить подобным образом — это уже сделали бы».
«Значит, что-то мешает, — продолжал рассуждать я. — Вопрос в том, что именно: физическая невозможность или же есть другие ограничения?»
«Кодекс Сектора или что-то в этом роде?» — уточнил Вася.
«Да. Сразу же об этом подумал».
«Нам всё равно придётся это выяснить, Женя. Так или иначе», — ответил напарник.
«Отменяй биологическую опасность. И пойдём в центр связи. Надо доложить в Москву», — сказал я.
Чтобы организовать сеанс связи, мне пришлось переговорить с замом по безопасности. До этой должности дослужился Игорёк. Тот самый, который когда-то был комендантом жилого сектора. Что ж, упорство в карьере должно вознаграждаться. К тому же на разговоры с новым и незнакомым человеком я бы потратил куда больше времени, при этом без гарантии результата. Так что можно считать, что мне повезло, в кои то веки.
Игорёк сразу понял всю серьёзность ситуации. И, самое главное, не стал требовать подробных объяснений.
Сначала он соединил меня с дежурным по курирующему управлению. Потом с самим руководителем управления, который тут же подключил непосредственно начальника службы. А потом и самого директора. Так что аудитория вышла представительная.
То, что я обнаружил в записях Сергеича, нельзя было передавать по техническим каналам информации, какими бы защищёнными они не казались. К счастью, мне удалось это объяснить генералам. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление.
Игорёк получил распоряжение по введению протокола изоляции на объекте. А я — настоятельную рекомендацию «отдохнуть и привести себя в порядок». Это было ожидаемо: на выходе из дежурки системы безопасности я взглянул на себя в зеркало и отшатнулся — на меня смотрел обтянутый кожей череп с горящими синими глазами, растрёпанной бородой, в которой вдруг стали заметными седые волоски и шапкой-колтуном вместо волос на голове. В тот момент я оценил всю выдержку и здравомыслие, которое проявил Игорёк.
Я действительно пошёл в свой бывший номер, который всё это время так и оставался пустым. Однако по дороге зашёл в столовую. К счастью, время было неурочное, и никого из народа я не встретил — не хотелось никого пугать.
Остановиться смог я лишь на шестой порции стандартного обеда. Зато почувствовал себя значительно лучше. Мозги прояснились. И, понимая, что мне остаётся только ждать — спокойно отправился к себе.
В номере я едва смог снять скафандр. Тут не было специального приспособления, которое бы его удерживало, как на борту «Севера», так что пришлось немного заняться акробатикой.
Следующие двенадцать часов совершенно выпали из моей жизни. Я проснулся по сигналу Васи, и обнаружил, что уже утро следующего дня. Чувствовал я себя вполне прилично, по-человечески. И я действительно выглядел почти нормально — в чём смог убедиться, когда глядел на своё отражение в зеркале. Разве что борода и волосы оставались в непотребном состоянии.
Бороду мне удалось отмыть. А вот шевелюру пришлось состричь напрочь и потом пройтись машинкой — благо она вместе с ножницами нашлась среди туалетных принадлежностей.
Теперь я стал похож на бородатого курсанта пятого курса Академии.
Недовольно хмыкнув, я надел серый комбинезон, который тоже нашёлся в шкафу. Доставили ли одежду ночью, или же она хранилась тут со времён моего отлёта — я не знал. Однако учитывая, что комбез на мне болтался слишком свободно, скорее всего, имел место второй вариант. Да, я заметно потерял мышечную массу после Луны и арктических приключений. Что ж, как говорил отец, «были б кости — а мясо нарастёт».
«Жень, ты только не переживай — но, если что, делегация представительная прилетела», — предупредил меня Вася, когда я, позавтракав, направлялся в комнату для совещаний, в приёмной руководителя проекта. Именно туда меня пригласил Игорёк.
«Как-нибудь справлюсь», — ответил я.
Конечно же, Савелия Павловича я ожидал. Было бы странно, если бы он лично не явился после моего вчерашнего предварительного доклада — это ведь его зона ответственности, как руководителя Службы внеземных расследований.
Однако же, вместе с ним прилетел и директор вообще всей Службы Безопасности. Федеральной.
А ещё Верховный Главнокомандующий, собственной персоной.
Нет, всё-таки хорошо, что Вася предупредил меня.
«Видишь? Ну а я что говорил?» — тут же прокомментировал мой напарник.
«Ладно. Признаю. Молодец!» — ответил я.
