Сегодня ему должны были имплантировать Васю и подсадить искусственный иммунитет. Он подробно расспрашивал меня, как всё прошло и почему я задержался в лазарете. Я ничего не скрывал, но старался и не сгущать краски, напирая на то, что, в конечном итоге, всё сработало как надо.
Затем я пошёл к себе в каюту. После ужина мне обещали предоставить индивидуальную программу подготовки к полёту, но пока что у меня было свободное время. Я хотел сходить в спортзал или бассейн. После двух дней «болезни» организм требовал выхода энергии.
Однако же едва я успел переодеться в спортивную одежду и надеть кроссовки, как в дверь постучали.
— Да! — откликнулся я, — сейчас подойду!
На пороге меня ждал незнакомый мужчина средних лет, обычного телосложения, лысеющий, с умными серыми глазами. Одет он был в простые джинсы, мокасины, бледно-синюю рубашку и вязаный кардиган.
— Евгений Викторович, приветствую, — сказал он, протягивая руку. — Меня зовут Владимир Петрович, я глава службы безопасности объекта «Север».
— Очень приятно, — кивнул я, отвечая на рукопожатие.
— Не могли бы вы пройти со мной? — сказал он нейтральным тоном. — Ваши вещи готовы, я могу их выдать.
— Что ж… — кивнул я. — Лучше поздно, чем никогда! Пойдёмте.
Евгений Викторович в ответ изобразил виноватую улыбку и развёл руками.
Мы пошли через оранжерею, как обычно. К моему удивлению, теперь на дорожках попадались другие люди, персонал проекта, с которым мы раньше, практически, не пересекались. Кто-то глядел на меня, не скрывая любопытства, но большинство спешили куда-то по своим делам, не очень-то глядя по сторонам.
Оказавшись в лифтовом холле, мы направились к дальней кабине. Безопасник приложил к пульту карточку, после чего быстро, прикрыв ладонь ладонью, набрал код.
Лифт не поднимался, а спускался. Причём довольно долго. Не могу сказать, что меня это обрадовало: я в принципе не очень люблю подземелья, пускай и свыкся с жизнью на объекте.
Мы вышли в сером тоннеле. Под потолком — коммуникации, пахнет озоном и перегретой резиной. Похоже, что мы где-то в производственном помещении, а не в административном. Впрочем, будь я на месте безопасника, именно здесь я бы обустроил свой кабинет. Ну и явочные квартиры или их аналоги.
Мы прошли по коридору метров двадцать, потом свернули в боковое ответвление, и упёрлись в пост охраны, закрытый бронестеклом. На посту сидела женщина в синей униформе. Увидев нас, она приветливо кивнула.
— Руку вот сюда приложите, пожалуйста, — сказал безопасник, указывая на подсвеченный зелёным квадрат на специальной стойке справа от поста безопасности. — Обязательный контроль ДНК, у нас особые меры безопасности.
Я пожал плечами, подошёл к стойке и приложил руку. Едва ощутимый укол в палец, несколько секунд работы секвентатора и над стойкой появилось голографическое изображение с моим бюстом.
— Всё отлично, благодарю, — кивнул Владимир Петрович.
Его кабинет был оборудован в лучших старых традициях конторы: казённая мебель, сдвинутый стол, большой сейф справа от входа. И ни намёка на окно, даже имитации.
— Присаживайтесь, сейчас достану ваши вещи.
Я занял один из стульев.
Погремев металлическими ключами, безопасник открыл сейф и достал из нижней секции пластиковый контейнер, внутри которого находились мои вещи.
— Вот, — сказал он. — Ваше имущество. Более не задерживаем, однако должен предупредить: ноутбук больше нельзя выносить за пределы объекта, или поднимать на верхнюю палубу. Туда, где теоретически может быть установлена связь с внешним миром. Это строго.
— Хорошо, — кивнул я.
— Элементная база чужая, закладки мы изолировали, но полностью избавиться от них невозможно. Аппарат попытается при первой возможности передать собранную информацию, — добавил он, будто оправдываясь.
— Я понимаю.
Безопасник медлил, удерживая контейнер. Я терпеливо ждал. Уже было понятно, что возврат вещей был только предлогом для нашего разговора.
— Ещё один вопрос у меня есть, — начал он. — Хотел бы с вами посоветоваться.
Владимир Петрович поставил передо мной контейнер. Я встал, открыл крышку и начал перекладывать вещи в спортивную сумку.
— Конечно, я слушаю, — ответил я.
— Вечером накануне инцидента с центрифугой у нас произошёл небольшой сбой с записями камер видеонаблюдения, — сказал он. — Так что мы не смогли восстановить полную картину передвижений людей.
— Подозрительно, — ответил я. — Но не исключаю совпадения. Раньше подобные сбои были?
— К сожалению, регулярно, — вздохнул безопасник. — Особые разработки в системах наблюдения нам применять запрещают.
— Ясно.
— После инцидента специалисты разобрали всю силовую цепь. Там ведь тройной предохранитель установлен, знаете ли… но привод силового реостата был намерено изменён. То есть, это не случайная поломка. Понимаете.
Я закончил собирать вещи и посмотрел безопаснику в глаза.
— Спящий агент на объекте? Активирован, когда началась активная подготовка? — предположил я.
