Наскоро умывшись, я взял с собой смену белья, на всякий случай. Тёплые вещи — в руку. Потом передал ключ от каюты Игорьку. Он сегодня дежурил в ночную, а с его сменщиком я так и не познакомился.
— Значит, всё? — спросил он, когда я собрался уходить. — Летите?
— Вроде того, — ответил я.
— Огромной удачи!
— Спасибо, — улыбнулся я.
Сергей Сергеевич ждал меня возле выхода в оранжерею. Он успел накинуть на плечи парку, но не спешил её застёгивать.
— Готовы? А в сумке что? — спросил он.
— Смена белья, — ответил я. — Ну и гигиена.
— Да лишнее, всё лишнее! Вы же на полном обеспечении до полёта! Впрочем, не важно, не возвращаться же. Идёмте скорее! Вертушка на подлёте!
В этот раз мы выбрались на поверхность не там, где я высадился по прилёту.
Здесь был замёрзший водопад. Хрустальные потоки застывшей воды красиво искрились в звёздном свете.
Вы вышли из тёмного лифта и замерли под небольшим естественным навесом, у самого основания скалы.
Вертолёт показался через минуту. В этот раз это был старенький Ми-8, в сине-белой ливрее, с тонкой красной полосой и надписью «Роскосмос» на борту.
Когда машина замерла на каменистой площадке метрах в тридцати от нас, в борту почти сразу открылся люк. Из него выпрыгнули двое в чёрных парках.
— Ну всё, выдвигаемся! — скомандовал Сергей Сергеевич.
После этого он неожиданно резво побежал вперёд по твёрдому шершавому насту. Я последовал за ним, стараясь не отставать.
Научный руководитель обнялся с первым из встречающих, после чего мы поднялись на борт. Вертолёт сразу взлетел, едва за нами закрылся люк.
Несмотря на дополнительную звукоизоляцию, на борту было слишком шумно, чтобы обсуждать что-то серьёзное. Поэтому всю дорогу мы молчали. Я даже успел немного вздремнуть.
Сергей Сергеевич разбудил меня через несколько часов, когда мы заходили на посадку. Внизу уже было видно огни аэропорта Норильска.
Мы сели в непосредственной близости от Ту-204, который тоже принадлежал «Роскосмосу», судя по логотипу и надписи на хвосте. На фюзеляже с нашей стороны была надпись «Центр подготовки космонавтов», Самолёт стоял в готовности к вылету. И, едва мы поднялись на борт и зарыли люки, борт тут же начал выруливать на взлёт.
Нас разместили в самом настоящем купе, которое оказалось на борту. Тут был диван, где комфортно могли устроиться трое и откидной столик. Вместе со мной в помещение вошёл Сергей Сергеевич и незнакомый мужчина в квадратных очках и с такой же квадратной челюстью. Именно с ним научный руководитель обнимался возле вертолёта перед вылетом.
— Вот здесь можно вещи повесить, — сказал «квадратный», указывая на шкафчик справа от столика.
Я снял пуховик и повесил его на вешалку. Потом занял место возле иллюминатора. Мои попутчики тоже скинули парки и сели рядом.
«Квадратный» долго и пристально меня разглядывал. Будто мало было перелёта на вертолёте… хотя там свет в салоне сразу погасили. Мне стало как-то неуютно.
— Так вот ты какой… — наконец, изрёк незнакомец.
— Так, господа-товарищи, — вмешался Сергей Сергеевич. — А не хотите ли вы пристегнуться? Взлетаем же!
Я глянул в иллюминатор. Самолёт, судя по всему, уже стоял на исполнительном и ждал команды диспетчера.
— Да, — кивнул «квадратный», — пожалуй.
Мы пристегнулись.
— Женя, позволь представить: это Дмитрий Семёнович, заместитель руководителя. Мой давний друг.
В какой именно организации наш попутчик является замом Сергей Сергеевич не уточнил, это было очевидно.
— Рад, — сказал Дмитрий Семёнович, протягивая мне руку — он сидел рядом.
Я пожал его крепкую ладонь.
— Евгений, — представился я.
— Знаю, — кивнул зам.
В этот момент взревели движки и самолёт начал разбег.
Мы молчали несколько минут, пока самолёт ложился на курс. Потом, ещё до окончания набора высоты, Дмитрий Семёнович отстегнул ремни и повернулся ко мне.
— Ну что, Женя. Расскажете, как вы докатились до жизни такой?
Я улыбнулся.
— Не слушайте его, — махнул рукой Сергей Сергеевич. — Он просто нервничает. Как и все мы.
— Серёг, но ты же сам понимаешь, ну как так можно? Сразу — и даже без дублёра, а? — Дмитрий Семенович повернулся к научному руководителю.
Сергей Сергеевич посмотрел на меня.
— У нас свои особенности.
— В голове не укладывается, — вздохнул зам. — Первый человек, который отправится к звёздам, и из вашей конторы!
— Лётчик пойдёт вторым, — заметил Сергей Сергеевич.
— Лётчик! — фыркнул зам. — А космонавт? Для кого мы космонавтов готовили?
Научный руководитель вздохнул.
— Дим, мы обсуждали много раз. Они не подходят. Слишком профессиональны. Они для космоса — а не для планет, тем более населённых.
— Ладно, чего уж… — примирительно сказал зам. — Решили ведь… но ты всё равно обещай, что мои будут пристроены! После начальной фазы.
— Все будут пристроены, — пообещал руководитель. — Вообще все, кто мало-мальски имеет отношение к космосу.
— Вот и ладушки. Не скорою, меня это несколько примиряет с реальностью… — сказал зам, после чего добавил, обращаясь ко мне: — а вы мне нравитесь, Женя. Немногословный, улыбчивый. Настоящий герой! Достойный продолжатель дела Юры, да?
