Тепло наших сердец полностью

— Ты меня знаешь! Значит, так. Мы получили бронзу в стиле ар-деко — женская фигура в свободном платье, шляпе с перьями, с жемчугом, в шикарных босоножках и с длинным развевающимся шарфом. Само очарование. Потрясающие детали, хитрая улыбка на лице: «Давай, приятель, станцуем чарльстон».

— Ты позвонил миссис Картерфилд из Питсбурга?

— Вот видишь! — Тод поднял палец, словно получив подтверждение своей мысли. — Естественно, именно этого ты и ждала бы от меня или позвонила сама, если бы еще распоряжалась в «Галерее». Что было бы справедливо.

— Не спорю.

— Разумеется, я позвонил миссис Картерфилд, которая, как и предполагалось, попросила оставить статуэтку для нее, пока она сама не приедет взглянуть. На следующей неделе. А что обычно происходит, когда наша дорогая миссис Картерфилд из Питсбурга приходит в «Галерею» посмотреть на фигурку в стиле ар-деко?

— Она ее покупает. И зачастую берет еще одну или две вещицы. Если миссис Картерфилд приезжает с подругой, а чаще всего так и бывает, она донимает свою спутницу до тех пор, пока та тоже что-нибудь не купит. Приезд этой женщины означает удачный день.

— Памела продала фигурку, не дождавшись ее.

На несколько секунд Мэлори лишилась дара речи.

— Что?.. Что?! Как?! Почему?! Миссис Картерфилд — одна из лучших клиенток «Галереи»! Бронзу ар-деко всегда придерживают для нее.

Губы Тода растянулись в презрительной усмешке.

— Синица в руке. Вот что сказала мне эта дура, когда все выяснилось. А знаешь, как это было? Сейчас расскажу, — голос Тода торжествующе звенел. — Вчера после обеда неожиданно нагрянула миссис Картерфилд, чтобы взглянуть на статуэтку. Призналась мне, что просто не утерпела. Она привезла с собой двух подружек. Двух, Мэлори. Я сейчас запла́чу.

— Что произошло? Что она сказала?

— Я повел миссис Картерфилд к статуэтке, а вместо нее лежит листочек «Продано». Подумал, что это ошибка, но пошел проверить. Оказалось, Памела продала ее утром. Наверное, пока я успокаивал Альфреда, которого Памела Мерзкая обвинила в том, что он завышает цену на упаковку мраморных скульптур.

— Альфред? Завышает? — Мэлори прижала ладони к вискам. — Я этого не вынесу.

— Это было ужасно, просто ужасно! Я успокаивал его целых двадцать минут, но все равно не был уверен, что Альфред не ворвется к Памеле в кабинет и не треснет ее молотком по голове. Может, так было бы лучше, — задумчиво прибавил Тод, затем сделал жест, словно отгоняя эту мысль. — В общем, пока я занимался Альфредом, Памела продала ар-деко миссис Картерфилд какому-то незнакомцу. Случайному прохожему!

Он снова откинулся в кресле и прижал руку к груди. Мэлори, потрясенная, молчала.

— До сих пор не могу в это поверить! Естественно, миссис Картерфилд очень расстроилась и потребовала тебя. Пришлось ей сказать, что ты в «Галерее» больше не работаешь. И тогда разразился скандал! Это надо было видеть. И слышать.

— Она спросила про меня? Как мило!

— Дальше больше. Спустилась Памела, и они сцепились. Миссис Картерфилд спрашивает, как могло случиться, что оставленная для нее вещь продана. Памела напускает на себя важность и отвечает, что не в их правилах придерживать экспонаты без залога. Представляешь?

— Без залога? — Мэлори в ужасе вытаращила глаза. — От старейшего и надежнейшего клиента?

— Совершенно верно. Миссис Картерфилд говорит: «Я пятнадцать лет покровительствую „«Галерее», и моего слова всегда было достаточно. Где Джеймс?» А Памела ей: «Прошу прощения, но распоряжаюсь здесь я». Миссис Картерфилд отвечает, что если Джеймс доверил свое заведение идиотке, то у него, должно быть, начался маразм.

— Ай да миссис Картерфилд!

— Тем временем Джулия побежала в подсобку и сообщила Джеймсу о большой, жирной проблеме. Он успел примчаться, пока Памела и миссис Картерфилд не подрались. Джеймс попытался успокоить обеих, но они уже вошли в раж. Миссис Картерфилд заявила, что не желает иметь никаких дел с этой женщиной. Мне понравилось, как она выразилась. Эта женщина. Песня! А Памела ответила, что занимается бизнесом и не будет потакать капризам клиентов.

— Боже правый!

— Джеймс суетился, обещал миссис Картерфилд, что все уладит, но она была в ярости. Лицо у нее побагровело, и она заявила, что, пока эта женщина имеет какое-то отношение к «Галерее», ее ноги здесь не будет. И — тебе это понравится — если Джеймс упустил такое сокровище, как мисс Прайс, то заслуживает того, чтобы прогореть. С этими словами миссис Картерфилд подхватила своих подружек, и они удалились.

— Она назвала меня сокровищем! — Очень довольная Мэлори обхватила себя руками за плечи. — Я ее люблю! Хорошая новость, Тод. Ты поднял мне настроение на весь день.

— Это еще не все. Джеймс был в бешенстве. Когда в последний раз ты видела его разъяренным?

— Ммм. Вообще никогда не видела.

— В точку! — Тод поднял палец. — Он стал белым, как простыня, губы превратились в тонкую полоску. И процедил сквозь зубы: «Памела, мне нужно с тобой поговорить. Наверху». — Тод сомкнул челюсти, имитируя голос Джеймса.

— Что она ответила?