Подводя итог, можно сказать – спасибо, кэп! – что язык = ярлык. Это логично и даже хорошо, что слова служат для этого (а также изящно выстраиваются, рождая поэзию). Тут сразу появляется проблема, поскольку, приклеивая ярлык на нетронутую основу, с одной стороны, мы ее наполняем, а с другой – ограничиваем. Молчание в словах и понятиях, переход к «пустоте» названий предоставляет невероятную роскошь возвращения миру его открытости и свободы.
Речь идет о том, чтобы попробовать позицию веселого незнания. Надеюсь, Фридрих Ницше простит нам этот плагиат из его знаменитого труда[19], в котором мы, спешу вас успокоить, исказили только название.
Уйти от убеждений – значит держаться выше слов в том невыразимом пространстве, где рождаются единороги. Это значит идти к подножию радуги за неуловимым сокровищем. Это значит отправиться в приключение с пустыми карманами. И осознать, перейдя границу задом наперед, что все и так уже пребывало в молчании и спокойствии с начала времен.
Перейдем теперь от поэзии к серьезным вещам. Вы прочли название этой главы, и я дам вам возможность морально подготовиться к глубоким потрясениям, которым необходимо случиться, – это цена за доступ к тишине и спокойствию. Но, уверяю вас, результат стоит таких «жертв». Для некоторых это действительно жертва, как будто от нас отрезают часть нас самих, привыкшую комментировать в кругу коллег, соседей или друзей мельчайшую подробность нашей жизни… или погоды!
Монастыри дзен тоже не исключение. Хоть они и задуманы как места, посвященные тишине и медитации, в них живут такие же люди, как мы с вами. Некоторые обитатели обладают природным вкусом к тишине, другие постепенно этому научились, а кто-то еще переносит это как мучение. Каждое утро перед медитацией у нас есть двадцать минут, чтобы быстро привести себя в порядок и попить чаю в общем зале. Со вчерашнего вечера действует строгое правило молчания. Но некоторым практикующим очень сложно принять, как можно быть в компании других людей и пить чай без того, чтобы не обменяться заговорщицкими взглядами или утренними приветствиями. А поскольку это, в общем-то, запрещено, они делают это шепотом, украдкой. Я долгое время спрашивала себя: как же так получается, что полное молчание невозможно? Почему непременно надо войти в контакт с «другим»?
Социальное общение часто похоже на обретение уверенности: я смотрю на другого, приветствую его, он отвечает на приветствие, дарит несколько слов в ответ и таким образом подтверждает мое существование. Или, другими словами, это делают взгляд и речь другого человека. Значит ли это, что иначе я не существую? Чтобы исследовать этот вопрос, не хватило бы и целой книги! Кто я? Что такое реальность? Необходимы ли социальные связи для выживания? Философы и кинорежиссеры (см. фильм
Практика молчания жестко расходится с нашей потребностью быть увиденными и услышанными. Вот почему некоторые – более чувствительные на взгляд других – испытывают дискомфорт, когда им приходится молчать.
В буддизме эту практику называют «Благородное Молчание». Суть в том, чтобы молча дать возникающим словам пройти стороной, не произнося их. Сознательно и добровольно решить не разговаривать. Пользы от этого много – через несколько часов или несколько дней ум успокаивается.
Раз в год зимой мы проводим недельный ретрит в молчании. Помимо потрясающей обстановки, в самом сердце зимы, это особенный момент для погружения в практику. Такой ретрит, главным образом посвященный медитации, называется
