Я нервно заерзала в кресле. Доктор Маршалл не говорила бы всех этих добрых слов про меня, знай она всю историю. Все с таким рвением расписывали недостатки Джуди, но как насчет меня? Как насчет моих проступков? Знай они все подробности, не торопились бы так распинать ее. Будь я такой храброй, какой меня все считали, я бы рассказала правду и приняла наказание, в точности как делала с Джуди.
Я послушно отвечала на все вопросы доктора Маршалл о школе. Она все твердила тот же совет, мол, надо потерпеть. Я ей не верила. Школа оказалась вовсе не такой, какой я ее всегда воображала. В фантазиях она стала убежищем, но в реальности и близко не напоминала его.
Сеанс закончился на том, что доктор Маршалл дала мне домашнее задание. Она хотела, чтобы я улыбалась тем, кто про меня шептался. Улыбаться? Может, это она тут сумасшедшая. Невыполнимая задача. Я кивала, как марионетка, но в жизни об улыбке и подумать не смогу.
Выйдя из кабинета, я достала из сумки телефон и набрала сообщение маме.
Ее ответ пришел почти мгновенно, она обещала забрать меня через двадцать минут. У нее явно не было тех же проблем с набором сообщений, что у меня.
Я решила прогуляться из крыла, где располагался кабинет доктора Маршалл, в ту часть больницы, где провела почти месяц. Прогулка по знакомым коридорам дарила спокойствие. Я скучала по этому месту. Пока я шла в свое старое крыло, знакомые медсестры улыбались. Я нарушала слово, но ничего не могла с собой поделать. Я знала, что обещала Стрелку держаться подальше отсюда. Это единственное, о чем он меня просил, но я не могла не проведать его. Ноги гнали меня по коридору так, словно сзади подталкивала невидимая рука.
– Мия, как твои дела? – спросила Памела, моя любимая медсестра, заключая в крепкие объятия.
– Хорошо. Хотя я скучаю по этому месту.
Она закатила глаза.
– Шутишь. Никто никогда не должен скучать по этому месту. Что ты здесь делаешь?
– У меня была встреча с доктором Маршалл, и я решила навестить С… – я осеклась. Что если Стрелок сообщил всем, что не хочет меня видеть? В своем требовании он был тверд и имел основания полагать, что я уважу его, – …всех, – поправилась я.
– И молодец, милая. Как приятно тебя повидать, – сказала она и обняла меня еще раз, прежде чем двинуться дальше по коридору.
По дороге я поболтала еще с несколькими сестрами, избегая упоминания о настоящей причине визита.
В коридоре возле палаты Стрелка было пусто, но я все равно помедлила возле приоткрытой двери. Надеюсь, он не очень рассердится. Чтобы не успеть струсить, я толкнула дверь – и с разочарованием обнаружила, что его там нет. По комнате были разбросаны кое-какие его вещи, включая надорванный пакетик с «ризками». Я улыбнулась, прикидывая, подумает ли он на меня, если я возьму последнюю конфетку. Кто оценил бы такую шутку, так это Стрелок. Подумала, не подождать ли его, дабы устроить ему сюрприз, но в сумке зазвонил телефон. Мама ждала меня возле кабинета доктора Маршалл. Придется сюрпризу подождать до моего следующего сеанса. Я лишь надеялась, что Памела и другие сестры не проболтаются Стрелку о моем визите. Может, добравшись до дому, я наберусь смелости и позвоню ему, хотя предпочла бы, чтобы он сделал первый шаг и сам позвонил мне.
Я прошла мимо кабинета доктора Маршалл и заметила маму в машине снаружи. При виде меня у нее на лице отразилась озабоченность.
– Как прошел сеанс? – спросила она.
– Хорошо, – ответила я, глядя в окно и сражаясь с разочарованием от несостоявшейся встречи со Стрелком.
Хорошо было бы поговорить с ним, хотя я не могла отделаться от ощущения, что его отсутствие – своего рода знак.
– Она про школу спрашивала? – аккуратно поинтересовалась мама.
Я кивнула, и она вздохнула. Забрав меня после уроков, мама сразу же засыпала меня вопросами о том, как прошел день. Не зная, как выразить свои чувства, не задев ее, я последовала примеру своей новой подруги Кэти и отвечала односложно. Я понимала, что мама разочарована тем, что я не открыта с ней, но лучше разочарование, чем боль.
Наконец мама отступилась, и я ощутила укол сожаления. Мне хотелось все ей рассказать. Выплеснуть все мерзкие подробности, но я не могла рисковать. Она либо возненавидит меня, либо просто захочет сбагрить. Оно того не стоило. Скоро она перестанет спрашивать.
Когда мама спустя десять минут въехала во двор, Джейкоб вылезал из машины с коробками пиццы в руках. Открылась пассажирская дверь, и наружу шагнула знакомая фигура. Накануне вечером я едва перемолвилась с ним словом и даже не поблагодарила как следует за помощь в бассейне.
– Привет, Кевин. Как твоей маме новая работа? – приветствовала его мама, когда мы все вместе вошли в дом.
– Она на седьмом небе. Папа говорит, она могла бы мусор на обочинах убирать и все равно была бы счастлива вырваться из дому.
– После шести лет с тройняшками… не могу ее винить. А мелким школа нравится?
– Еще как. Возможно, они доведут свою учительницу до досрочной пенсии, но сами в восторге.
Мама снова рассмеялась.
– Они такие непоседы.
Кевин широко улыбнулся маме, когда она включила свет на кухне.
