Неуместный вопрос. Фамилия эта попала на первые полосы всех известных газет. Он был первым секретарем советского посольства в Дели. На одном из внутренних рейсов в Калькутту доисторический «Дуглас» местной авиакомпании захватили террористы и посадили на заброшенной посадочной полосе где-то у северо — восточной границы. Самолет взорвали, а экипажу вместе с пассажирами разрешили добираться до благ цивилизации в пешем порядке. Вернулись все — за исключением Поляновского, которого бандиты увели с собой. Он-то и стал предметом торга. Сначала за его освобождение потребовали отпустить двенадцать сидевших по разным тюрьмам политзаключенных — китайцев. Переговоры ещё продолжались, но по общему мнению индийское правительство, слишком озабоченное сохранением дружеских отношений с великими державами, готово было уступить всем требованиям.
— Ладно, — продолжал Гаффер, — значит, ты в курсе. А кто по-твоему выкрал Поляновского?
— Как сообщали, это были маоисты, действовавшие без ведома китайского руководства.
— Эти люди пока ещё не готовы к подобным фокусам, — покачал головой он. — В наши дни для захвата самолета одного желания и пары томиков председателя Мао явно недостаточно.
— Они могли нанять кого угодно.
— Нынешние расценки на захват самолета колеблются в районе двух миллионов долларов. Думаешь, китайцы, отчаянно нуждающиеся в иностранной валюте, готовы расстаться с такой суммой ради двенадцати никому не нужных бездельников?
— Тогда кто?
— Сами русские.
— Похищать своего же? С какой стати?
Он стал похож на самодовольного фокусника на детском утреннике, триумфально извлекающего из маленькой шляпы громадного кролика.
— Он собирался сбежать к американцам.
— Проще было самим уладить это дело, не прибегая к таким сложным трюкам, — возразил я.
— Может подскажешь, как?
— Вызвать в Москву. Самое очевидное решение.
— Его отозвали ещё за две недели до похищения, — сообщил Гаффер. — Он оправдывал промедление болезнью желудка. Но хитрость заключалась не только в этом. Ему начали что-то подмешивать в пищу. Поляновский догадался и под каким-то благовидным предлогом питался только лично купленными на базаре консервами. Долго так продолжаться не могло, рано или поздно до него бы добрались.
— И что он предпринял?
— Вошел в контакт с янки, попросил ускорить события и получил добро. Его должны были отправить из Калькутты рейсом «Пан Америкен», и предложили ночью перелезть через ограду посольства, где будет ждать машина. Затем аэропорт, ночной рейс в Калькутту, — но самолет захватили.
— Как им удалось все узнать? — полюбопытствовал я.
— Его жена решила, что не хочет менять Москву на Вашингтон, и выдала мужа резиденту КГБ.
— Значит, вся эта возня с обменом просто игра? Его наверняка давно нет в живых.
— Им не хочется выглядеть варварами, — поморщился Гаффер. — Мне бы чертовски хотелось, чтобы свои сами свели с ним счеты. По крайней мере, нам было бы легче. Нет, он все ещё жив, и, как мне кажется, сейчас в руках какой-то другой группировки.
— Какой?
Он безнадежно пожал плечами.
— Можно подумать, мне самому это не интересно. Послушай, постарайся меня не перебивать, и я расскажу, что было дальше, — Гаффер стал загибать пальцы. — Во-первых, что касается индийского правительства, здесь все ясно. Китайская группировка похитила иностранного дипломата и держит его заложником ради освобождения двенадцати никому не известных политзаключенных из индийских тюрем. Индусам неприятности ни к чему. Они согласны выпустить этих типов и договариваются о передаче. Во-вторых, они не знают о роли американцев, но янки из кожи вон лезут, чтобы заполучить его первыми. Это их самое крупное приобретение с момента побега Петрова в Австралии. Но на этом этапе они мало что смогут предпринять. Пока все переговоры ведутся между индусами и китайской группировкой. В-третьих, однажды ночью сотруднику ЦРУ Уилбуру звонят в Калькутту, и с ним разговаривает Поляновский. Сомнений этот факт не вызывает. Именно Уилбур поддерживал с ним связь и лично знает Поляновского.
Тот заявил, что держат его не там, где все думают, а в каком-то другом месте. По его словам, о китайцах — заключенных можно забыть, тем людям, в чьих руках он находится, нужен только один человек, никому не известный араб по имени Ибн Шакур. Это обыкновенный уголовник, отбывающий в Израиле срок за воровство. Никакой политической подоплеки. Передайте его, и Поляновского без лишнего шума отдадут американцам. Обычная сделка.
Итак, Уилбур тут же связывается по прямому проводу с Вашингтоном, и ещё до утра все улажено…
Гаффер тяжело вздохнул.
— Хотел бы я, чтобы свора наших кабинетных коммандос с отполированными в креслах задницами умела действовать так оперативно. Шесть истребителей и пара ракет «земля — воздух» отправились в Израиль за одного ничем не примечательного заключенного. Чертовски выгодное для кого-то дельце.
