Из колодцев набирали воду, чтобы на протяжении всего пути люди и животные не имели в ней недостатка. Армуты-охранники натачивали свое оружие на случай, если им придется встретиться на пути с разбойниками, опустошавшими караваны, или же с чем еще похуже. Отовсюду пригоняли красавцев лошадей — этих животных готовили с особой тщательностью: ноги их смазывали жиром, копыта очищали от навоза, гриву мыли и заплетали в косички. Также подготавливали сбрую, запрягали, всячески холили и лелеяли. Ведь именно от лошадей зависел успех перехода, который мог затянуться.
Город отправлялся в путь, но никто из жителей пока не знал, куда они идут. Своевольный Мир чудес сам решал, в какие края стоит держать путь. Кто-то предполагал, что маршрут будет проходить через Полидексу. Об этом много разговаривали, обсуждали, но все это было обычными сплетнями, ибо решительно ни одной живой душе в этом странном городе не были известны достоверные планы Мира чудес.
Шатры господина Ролли тоже погрузились в суету, которая, однако, затронула не всех обитателей. Артур с Тэнкой были избавлены от приготовлений, так как их почти сразу же, голодных и грязных, закрыли в какой-то каморке, а вечером незадачливых беглецов вернули на свое старое место, не забыв надеть на них кандалы. Перед этим их выкупали в колодце, используя золу вместо мыла, и дали новые одежды.
Артура вновь осмотрел доктор; господин Льгинкис постарался сделать все возможное, чтобы привести юношу в более-менее нормальное состояние. Как он и предполагал, лихорадка вернулась к больному, что, впрочем, уже никого не волновало. Однако, при этом необходимо было, чтобы пленники сносно чувствовали себя во время испытания, ибо если все игроки будут сильно замученными, зрители потеряют всякий интерес смотреть на них. Поэтому врач и постарался сделать все, от него зависящее. Он также дал мальчику лекарство для понижения температуры, однако мужчина знал, что действия лечебной микстуры вряд ли хватит надолго.
Завтра рано утром ребят должны были забрать, чтобы подготовить к Потешным боям, однако сейчас, после всех необходимых лечебных манипуляций, они могли немного отдохнуть. Лэк ждал их на своем старом месте, которое выглядело почти также, кроме того, что недалеко от стен шатра, со всех сторон закрывавших сад, бродили уродливые собаки с вытянутыми хищными мордами, напоминавшими крысиные. Их громадные тела были до такой степени худыми и изможденными, что казалось удивительным, что подобные существа вообще способны продолжать жить. Их длинные ноги состояли из одних жил и мускулов. По всему было видно, что несчастные животные страшно хотят есть. Господина Ролли мало волновали обитатели шатров, а тем паче их благополучие. Напротив даже, в последние дни он старался совсем не кормить собак, чтобы они были более голодными и злобными перед Потешными боями. Животные словно предчувствовали, что завтра их ожидает пиршество, поэтому они поминутно облизывались, предвкушая сытный обед.
Когда Лэк увидел Артура, то потупил взор, не в силах посмотреть в глаза тому, кого утром с такой легкостью сдал хозяину. Сказать, что ему было ужасно стыдно означало ничего не сказать. Бедняга жутко мучился. Хоть мальчик и прожил почти всю свою сознательную жизнь среди постоянных побоев и унижений, он все-таки знал цену по-настоящему добрых и смелых поступков. И пусть сам не обладал подобными качествами, он все же умел замечать их в других людях.
— Я… Мне жаль, что вас поймали, — слабым голосом промямлил Лэк, виновато глядя себе под ноги. Тэнка заплакала и кинулась ему на шею.
— Лэк! Что же это такое, Лэк… Почему я всегда все порчу? Ведь мы здесь из-за меня, понимаешь?
— Из-за тебя? — смущенно переспросил Лэк, не зная, как успокоить девочку. Ему-то как раз казалось, что они здесь из-за него, из-за его слабости.
— Да, да, я вела себя глупо, понимаешь? Если бы не я, Артура вообще здесь бы не было. А теперь еще он должен участвовать в этих дурацких боях… Лэк, расскажи, Лэк, нам ведь не придется драться друг с другом?
Лэк, одной рукой поглаживая девочку по голове, нерешительно ответил:
— Нет. Конечно, нет. Это просто соревнования. Ну как бы на силу, ловкость.
— А почему тогда такое название — Потешные бои? — сквозь слезы вымолвила Тэнка.
— Ну… я не знаю. Чудачества богачей, — протянул Лэк, в полнейшем смущении. Его тронули слезы подруги, и поэтому он еще сильнее корил себя за проявленную слабость. Мальчик не хотел говорить больше, чтобы не расстраивать Тэнку, однако он знал, что испытания прозвали боями от слова «бойня», ибо в конце всех проигравших неудачников без малейшей жалости отправляли на корм собакам.
— Ну а почему… Толстяк так странно говорил об этих боях… Будто никто оттуда не возвращается…
— Просто некоторые испытания будут сложными, — промямлил Лэк, решительно не зная, как утешить бедную девочку. Он обманывал ее, но делал это лишь потому, чтобы она меньше нервничала и набралась сил перед завтрашним днем.
