Терпение дьявола полностью

Лудивина обдумала возможность случайного выбора. Если убийца не имел четких критериев, намечая жертвой Жозе Солиса, стало быть, он не только в высшей степени собран и сосредоточен, но еще и чрезвычайно уверен в себе – не побоялся рискнуть и совершить преступление на тихой, густо населенной улочке, где полно соседей и все друг друга знают. Своего рода провокация. Вызов, брошенный обществу. Желание посеять страх, доказать самому себе, что он на это способен. Проблема раздутого эго. Этот человек не может подавить собственное стремление к доминированию и не выносит фрустрации.

Или все-таки Солиса устранили, потому что он был напрямую связан с убийцей? Гильем получил из Оранжа распечатки звонков по стационарной линии в доме жертвы и из «Буига»[50] – по его мобильному. Однако программа Analyst Notebook не выдала никаких совпадений с уже имевшимися номерами и именами людей, которые Гильем вносил туда с самого начала расследования. Нужно было поговорить с родственниками Солиса, но его дети жили в окрестностях Лиона, а братья и сестры – в Португалии. К тому же Лудивина чувствовала, что это будет пустая трата времени.

Солис стал случайной жертвой. Просто попался на пути хищника, искавшего добычу. Убийца столкнулся с ним на улице или в супермаркете, пошел следом, понаблюдал, изучил привычки и образ жизни. Сколько времени он на это потратил? Максимум несколько дней, чтобы не мозолить глаза соседям. Убийца действовал быстро. И очень сильно рисковал.

Он в высшей степени организован, склонен к провокациям, уверен в себе и решителен при переходе к действию. В повседневной жизни занимается работой, которую считает ниже своего достоинства, и это приводит его в ярость.

В доме Солиса не обнаружено следов взлома – значит, тот сам впустил убийцу. Никто из соседей не слышал криков и вообще ничего не заметил.

Вероятно, он тот еще трепач, способный уболтать и усыпить любые подозрения. Легко добивается, чтобы ему открыли дверь. Первоклассный лжец. Мифоман. Умеет внушить доверие и расположить к себе. Когда ему нужно, остается незаметным, а если что, ловко вводит в заблуждение. Скорее всего, навык общения связан с его профессией. Да, наверняка. Торговый представитель, мастер по вызову, специалист по установке какого-нибудь оборудования…

Лудивина вдруг спохватилась: она даже не подумала, что это может быть женщина, а между тем никаких улик, указывающих на сексуальный характер преступления, не обнаружено.

Нет, вряд ли. Преступник должен был подчинить Солиса своей воле…

Экспертизы свидетельствовали, что убийца мог и вовсе не прикасаться к жертве.

Напугать до смерти…

В любом случае Лудивине трудно было представить себе женщину, стоящую за всем этим разгулом насилия. Преступницы обычно действуют втихомолку, убивают тайком, не устраивая из этого спектакля. Серийные убийства, совершаемые женщинами, мотивированы глубочайшей подавленностью и…

…и начисто лишены сексуального характера. Точно как в Брюнуа. Как и с другими жертвами в Париже и в Таверни. Три человека умерли от страха. Ни изнасилования, ни взлома не было.

От этого можно было рехнуться – Лудивина понимала, что все ее умозаключения основаны на догадках и предположениях, ни одно не выдерживает критики и, по сути, ни к чему не ведет. Все это непрофессионально. Какой-то дилетантский профайлинг.

Микелис, как же мне тебя не хватает…

Сейчас, прочитав кучу книг по криминалистике и психиатрии, потратив уйму времени на изучение работ выдающихся криминологов, Лудивина должна была признаться самой себе: она не справляется. По крайней мере, именно в этом аспекте дела. Она старалась изо всех сил, стремилась выйти за пределы нормальной логики, но ее умозаключения не имели никакого смысла.

Нельзя же стать профессиональным профайлером всего за несколько месяцев, – старалась она себя утешить, чувствуя, как наваливается усталость.