- Не плачь, - произнес Анджей, выруливая на трассу из призывно распахнутых ворот комплекса, - у нас впереди еще столько нового.
***
Примерно с полчаса я сидела, уставившись в окно и шмыгая носом. На меня накатила такая жалость к самой себе, что хотелось плакать навзрыд, и только остатки упрямства не давали мне это сделать. Как-то накатилось все - и сразу: и попытка суицида, и похищение, и изнасилование это, которое я уже не знала, как воспринимать после всего, что у нас было. А тут еще и нежданная беременность, и постоянные попытки Анджея подчинить меня...
Подчиняться я не умела - этот факт давно угнездился в сознании всех моих родных и практически не доставлял никому хлопот. Даже бывший жених всегда относился ко мне, как к равной, и меня это вполне устраивало. Я собиралась прожить жизнь с человеком, который будет учитывать мои желания, а вместо этого получила некое мифическое существо с манией величия и тяжелой рукой!
При воспоминании о постыдном утреннем инциденте, у меня даже попа заныла. Я завозилась на сиденье, бросая тоскливый взгляд на мелькающий а окнами лес - голый и безжизненный.
- Там возле тебя есть плед, - сказал Анджей, не поворачивая головы, - достань его и укройся.
- Тебе надо - ты и укрывай, - буркнула я. В тот момент мною овладело странное чувство противоречия: хотелось дерзить, спорить на каждом шагу, пробовать его нервы на прочность. И я ожидала чего угодно, только не того, что он сделал.
Снизив скорость, Анджей плавно свернул на обочину и заглушил мотор. Затем, молча перегнулся через спинку своего сиденья, пошарил рукой возле меня и вытащил из-под моей попы плед, на котором я сидела. Так же молча развернул его и накинул на меня. И только после этого вернулся на свое место и завел мотор.
Я притихла. Его поведение абсолютно не вязалось с тем, к чему я уже привыкла. Почему он не стал настаивать? Почему не прикрикнул и не заставил? Неужели я действительно ему настолько дорога? Да нет, это просто смешно!
- Не забивай себе голову разной ерундой, - отвлек меня спокойный голос Анджея.
Я подняла голову и поймала его взгляд в зеркале заднего вида. В янтарных глазах мужчины плескалась странная смесь из добродушия, нежности и легкой иронии. Это был взгляд, наполняющий теплом - так не смотрят на тех, кто тебе безразличен.
- Не стоит выставлять колючки, когда тебе хочется ласки, поверь мне, малышка.
- Откуда ты знаешь, чего мне хочется?
Я поплотнее укуталась в предоставленный плед и поневоле почувствовала благодарность к Анджею. Глянула на него еще раз - и задохнулась на мгновение от того, с какой нежностью он на меня смотрел.
- Сейчас ты похожа на маленького пыхтящего ежика, который сердито фыркает возле миски с молоком, но я знаю, что ты можешь быть и другой. Ласковой кошечкой, которая только и ждет, когда ее возьмут на руки и погладят по шерстке... Скажи мне, Оля, что я делаю не так? Я должен знать направление роста твоих шерстинок, чтобы сделать твою жизнь лучше.
У него был такой прочувствованный, завораживающий голос, что я невольно поддалась на его действие. Откинулась на спинку сиденья, сбросила сапоги и подтянула под себя ноги, а потом поймала себя на том, что напряжение схлынуло и желания плакать тоже больше нет. Вместо него появился интерес. Удивительно, но за все эти дни мы так ни разу не сели и не поговорили, как нормальные цивилизованные люди. Он подавлял - я сопротивлялась, и в этой бессмысленной борьбе проходила каждая минута нашего знакомства. Неужели теперь он и в самом деле хочет что-то узнать обо мне?
- Раньше тебя не слишком интересовало, чего я хочу, - сообщила я, подозрительно прищурившись, - что же изменилось сейчас?
- Я начал слышать твои мысли, - он довольно ухмыльнулся, - и точно знаю, что ты слышишь мои.
- Да уж, - я не удержалась от смешка, - по твоим мыслям можно целый порно-фильм снимать... с тобой в главной роли.
- Ты находишь меня привлекательным? - Анджей театральным жестом взъерошил свою шевелюру.
- Нет, я нахожу тебя развратным. Так что насчет чтения мыслей? Если ты читаешь их, то должен знать, чего именно я хочу.
- Не все так просто, - он перестал улыбаться и снова стал серьезным, - наша связь укрепилась, но еще не настолько, чтобы я читал тебя, как открытую книгу. Но я чувствую, когда ты возбуждена, и вижу твои желания, как свои. Я могу читать твои мысли только тогда, когда мы оба охвачены страстью, и эта способность дает мне возможность доставить тебе такое удовольствие, которое ты никогда не получишь ни с кем другим.
Я невольно отвела взгляд. Лицо горело - то ли от смущения, то ли от стыда. Стоило только вспомнить, о чем я думала и что себе представляла себе в минуты вобуждения, как мне тут же захотелось провалиться под землю.
