Медленно, очень медленно его пальцы скользнули к вороту рубашки и в томительном движении, одну за другой, начали расстегивать мелкие пуговицы. Я судорожно вздохнула, когда он распахнул полы, и уставилась на его крепкую грудь, переходящую в шесть великолепных, идеальных кубиков преса. Широкий черный ремень с тяжелой серебряной пряжкой притягивал мой взгляд, как магнит, а то, что вне всякого сомнения таилось ниже, под грубой тканью джинсов, заставляло мою плоть изнывать от желания.
- Скажи, - выдохнул он между двумя ударами сердца, - чего бы тебе хотелось сейчас?
Я сморгнула, возвращаясь на грешную землю, и недоуменно уставилась на него.
- В смысле?
- Каким ты хочешь меня видеть? Нежным, страстным, немного грубоватым?
- Н-нет... ты нравишься мне таким, как ты есть...
- А что ты чувствуешь сейчас?
Голос Анджея звучал будто издалека. Мой взгляд буквально прикипел к его пальцам, которые одним плавным движением расстегнули ремень и легли на первую металлическую пуговицу джинсов.
- Я... ты не мог бы перестать задавать дурацкие вопросы?
- Посмотри на меня...
В его голосе было столько уверенности и силы, что я невольно подчинилась - и наши взгляды встретились.
Я не знаю, что именно он увидел в моих глазах, но в его собственных царил настоящий ураган: страсть, желание, нежность и еще что-то, чему я пока что боялась давать название.
Джинсы скользнули вниз по его ногам, вместе с бельем, и он небрежно отшвырнул их в сторону. Теперь мы оба стояли обнаженные, в шаге друг от друга. Ванную комнату наполняли клубы пара, оседая мелкими капельками на зеркале и покрытых кафелем стенах. А он продолжал вглядываться мне в лицо с такой жадностью, будто пытался найти в нем что-то такое, что искал всю свою жизнь.
***
Тело Ольги казалось мягким и податливым, как пчелиный воск. Оно плавилось, чутко отзываясь на каждое движение его рук, его губ, его языка. Он видел ее лицо, пылающее от смущения и страсти, ее глаза, в которых горел призывный огонь. Слышал, как с ее приоткрытых губ срываются тихие, умоляющие стоны. О чем молила она, сдаваясь на милость победителя? Он читал все ее самые сокровенные мысли, видел даже те желания, о которых не подозревала она сама, и это было самым чудесным, что он знал в своей жизни.
Теплая вода приняла их в свои объятия. Ольга откинула голову на плечо лугару, позволяя крепким мужским рукам обвиться вокруг талии.
- Ты меня уже не боишься? - раздался у самого ушка горячий, обжигающий шепот.
- Даже не начинала, - выдавила она из себя, чувствуя, как шершавые ладони Анджея скользят по ее телу вверх от талии и накрывают полушария грудей.
Чуткие мужские пальцы коснулись напряженных сосков, и девушка застонала, невольно выгибаясь всем телом. В поясницу ей упиралась горячая, твердая плоть, которую просто безумно хотелось впустить в себя.
Ольга поерзала попой, желая принять удобное положение. Анджей зашипел куда-то в шею своей избраннице. В этот момент в ее мыслях царила настоящая животная похоть в чистом виде, та самая, что по весне заставляет самцов сталкиваться в поединках, а потом брать самку и спариваться. Та самая, что лишает разума, пробуждает инстинкты и дает потомство. Та самая, что раз в году, в брачный сезон, посещает всех животных, но при этом почти никогда не приходит к человеку.
- Скажи, что ты меня хочешь, - шептал лугару, покусывая розовую мочку девушки, пока его пальцы ласкали ее соски.
Это был голос демона-искусителя, которому просто невозможно было противостоять.
- Хочу! - выдохнула Ольга, млея от того, что тело ее наполняется горячей истомой, а внизу живота будто сжимается тугой комок.
- Скажи это полностью. Скажи: "Я хочу тебя, Анджей"!
Смутное негодование всколыхнуло разум, заставляя Ольгу встрепенуться, но мужчина удержал ее , не давая разорвать объятия и сбежать. Его губы переместились на нежную шейку, туда, где под тонкой кожей лихорадочно билась голубая жилка. И все мысли, которые еще оставались в голове у девушки, разлетелись, будто стайка вспугнутых птиц.
- Я... - она судорожно сглотнула, - я хочу тебя...
- "Анджей". - подсказал он ей, продолжая искушать своими ласками.
- Анджей, - покорно повторила она.
Сильные руки слегка приподняли ее, и твердая мужская плоть скользнула во влажную глубину. Ольга вцепилась в бортики ванной, почувствовав, как он наполняет ее. Одной рукой он продолжал ласкать ее грудь, вторая скользнула вниз, накрывая бесстыдно подставленный холмик. Пальцы коснулись самого сокровенного местечка, заставляя вздрагивать, постанывать, двигаться от ласк и поцелуев, подбираться от острых ощущений, от того, как поразительно его плоть подходила к ее, будто кто-то нарочно создал их идеальной парой друг для друга.
Она даже не заметила, как оказалась стоящей на коленях. Внутри нее жило какое-то другое существо. Похотливое, истекающее желанием. И мужчина, который был сейчас с ней, тоже больше походил на зверя, чем на представителя человеческой расы.
