Глеб, который Михайлович, оказался не один, а вместе с выступавшим на собрании геологом… забыл, как там его. Невысокий такой, загорелый, лысый и худощавый. Что-то объясняет красномордому бородачу, тыча карандашом в разложенную на столе карту Дальнего Юга. С моим появлением оба замолкают и с интересом смотрят на посетителя.
— Добрый день!
— Здравствуйте!
Хм, мы втроём, что ли, общаться будем? Ладно, пофиг, в общем-то.
— Виталий меня зовут. Насчёт колонии хотел разузнать, что да как.
Бородач мельком заглядывает в открытый ежедневник и кивает.
— Да, конечно. Прошу прощения, мы тут увлеклись немного. Вы со мной лично хотели бы побеседовать, или Игорь Дмитриевич тоже будет полезен? Он наш геолог, ну и вообще, исследователь.
Ну, скрывать мне нечего, почему бы и нет…
— Да, я помню. Был на собрании. Конечно, буду рад, если вы тоже останетесь.
Пожимаем руки, тут же решаем перейти на «ты» и располагаемся в углу, на удобных креслах вокруг низкого журнального столика.
— Я так понимаю, ты себя в качестве пайщика рассматриваешь, а не просто поселенца?
Ишь, шустрый какой. Сразу быка за рога.
— Да пока в качестве интересующегося рассматриваю. Но, если решу, то пайщиком. Вот, кстати, я выписку в банке взял, а то фриков много забегает, наверное.
Глеб кивнул, мол, хватает, быстро пробежал глазами по выписке и вернул её мне. Кажется, интереса на его лице прибавилось.
— Раз на собрании был, о нас кое-что уже знаешь. Может, о себе тогда пару слов скажешь?
Логично. Всё-таки, тут практически «в разведку пойдём», можно сказать.
— Холостой. Прошёл ворота в этот сезон дождей, пожил немного в Порто-Франко, осмотрелся, уехал в Кейптаун.
Брови обоих слушателей немного подались вверх. Понятно, Кейптаун — направление для русских не очень типичное, мягко говоря.
— Там открыл зал игровых автоматов, поработал несколько месяцев, подвернулось выгодное предложение — продал. В Кейптауне надоело, поехал сюда, пока что думаю, чем заняться.
— Войнушка там у вас была недавно, я слышал?
— Была.
В подробности пускаться я не стал, собеседники намёк поняли и дальнейших расспросов не последовало.
— А на той стороне откуда?
— Да много где носило. В последнее время в Москве жил.
— Понятно… Женат, пятеро детей, скоро, даст Бог, шестой будет. Я сам из Кировской области, десять лет уже здесь. Местных, в смысле. Первые пять в Москве жил, но, как вся эта херня пошла, с социализмом, перебрался сюда. Строительством занимался. Это, кстати, — он обвёл рукой вокруг, — офис моей бывшей фирмы. Я его уже продал, с отсрочкой выезда. Так что, не думай, что мы тут паевые деньги транжирим.
А я, честно говоря, именно так и думал. Но признаваться в этом не стал, конечно, просто кивнул с глубокомысленным (надеюсь) видом.
«Географ», как я мысленно окрестил Игоря, подключился к разговору.
— А я с Урала. Разведён, сын есть, но взрослый уже. За ленточкой тоже геологом был. Двенадцать лет тут, начинал ещё в Протекторате у «вояк». Амазонский хребет исследовал, западное побережье, низовья Амазонки. Сюда тоже пять лет назад перебрался, но в Нью-Рино только живу, а работал у латиносов, в основном, ну и в Техасе. Один раз по заказу ВИХ, на северных отрогах Эльдорадо работал.
Надо же. Первый встреченный мной белый, бывавший в тех краях. Огромное, сильно расчленённое поднятие, ограничивающее продвижение халифатов и конго-дагомейцев на юг, покрыто совершенно непроходимыми джунглями, насколько я слышал.
— И как там?
Географ невесело усмехнулся.
— Хреново. Целый день надо прорубаться, чтобы сто метров пройти. Кое-что мы там нашли, но, с такой доступностью, толку от этого никакого. Потому и Мекка это дело свернула.
А сейчас правительству в Мекке и вовсе не до того, хе-хе. Они эти земли вообще больше не контролируют, там теперь черноармейцы рулят.
— …кстати, сам же на Юге жил — ничего о наших будущих краях не слыхал?
Ну, этого вопроса я ожидал, разумеется.
— Насчёт Аустралиса — ничего. А вот об озёрах, которые севернее — слышал. Там негры бывают, в основном дикие старатели и те, кто их грабит. Но поселений нет, вроде, только захаживают иногда.
Мои собеседники переглянулись.
— Точно?
Странный вопрос.
— Ну, откуда же я знаю? Сам-то не бывал. Что слышал, то и говорю. Что бывают, хоть иногда — точно, иначе откуда бы они об озёрах вообще узнали.
Игорь задумчиво кивнул.
— Ну да, ну да… А что добывают, не говорили?
— Алмазы, вроде как.
Тут, конечно, я слегка лукавлю. Алмазы точно добывают где-то за южными границами Нигера и Конго, но вот где именно — понятия не имею. Сами «дикие копатели», по очевидным причинам, свои делянки предпочитают держать в тайне. Может, и в районе озёр, а может, на Эльдорадо. В любом случае, о золоте из тех краёв я не слышал, его севернее добывают, в уже более-менее обжитых местах.
— Алмазы… на Эльдорадо алмазы точно есть, значит, и южнее тоже… интересно…
Глеб перехватил нити управления разговором.
— Ладно, Игорь, хорош человека допытывать. Он нас расспрашивать пришёл, а не наоборот. — И, повернувшись ко мне. — Какие вопросы есть, задавай.
Их есть у меня, хе-хе.
