Террагенезис: Земля (СИ) полностью

От нахлынувшего эмоционального шторма, записанного в этом фрагменте, мне стало плохо и пришлось срочно прерывать «просмотр» этих разрозненных фагментов. Там точно было что-то важное! Что-то, что я не успел увидеть нужный кусок. Нужно будет досмотреть до конца как можно скорее.

После выхода в реальность меня стошнило.

— Была ли запись полезной? — поинтересовался компьютер.

— Очень! — прошептал я, вытирая рот. — Ты знаешь её содержание?

— Да, хозяин, но не всё — часть послания не поддаётся расшифровке.

— А где она храниться? — уточнил я, чтобы развеять последние сомнения.

— Аэтрастиркеонгланк физически поместил её внутрь ядра, — без колебаний ответил сеятель.

— В самое защищённое место?

— Да, хозяин.

Приехали. Предчувствие, сука, меня не обмануло!

Судя по эмоциям предыдущего автора — дело явно пахнет геноцидом созданных цивилизаций. Тут я склонен верить этому Аэтрастиркеонгланк у, а не заверениям сеятеля, что сбор некоего ресурса не смертелен для разумных. Сейчас бы самое время бегать кругами и кричать: «Всё пропало! Всё пропало!», но это не наш метод.

— Что с инкубаторами?

— Подключение завершено. Хозяин, в хранилище биомассы недостаточно органики для обеспечения потребностей тысячи эмбрионов.

— Это похер, отправь весь рой терраформеров собирать органику в океане и загружай инкубаторы в соотношении самцов к самкам тридцать на семьдесят, — приказал я, нервно теребя подбородок и экстренно шевеля мозгами.

Нужно как можно скорее вытащить из сеятеля все технологии и уничтожить! Срочно собрать звездолёт и валить с планеты как можно дальше, а на человечество плевать — его уже не исправить. Лучше уж в космосе разовью новую цивилизацию, заодно сформирую ударный флот. Найду создателей сеятеля и уничтожу!

Хотя нет. Ну их нахер! Будем бегать по вселенной до самого конца.

Так, стоп, надо успокоиться. Аэтрастиркеонгланк говорил о развитии человеческой цивилизации до космического уровня, а значит, он всё просчитал и шанс есть. Плюс, он в качестве помощи приемнику взорвал корабль и ограниченно повредил органический компьютер — это должно дать что-то ещё, помимо амнезии сеятеля. А ещё нужно найти устройство, о котором он говорил.

— Перечисли все основные системы и их целостность, — попросил я, приготовившись внимательно запоминать.

— Общая структурная целостность корпуса — тридцать один процент. Энергосистемы — двадцать три процента. Системы жизнеобеспечения — двадцать пять процентов. Системы структурирования атомов — один процент. Двигатели уничтожены. Система навигации и связи — уничтожена. Информационная сеть и вычислительное ядро — двадцать семь процентов. Лабораторный комплекс — уничтожен, — без заминки доложил сеятель.

Вот оно — предыдущий автор метил в системы связи и навигации.

— Какова максимальная скорость зонда в вакууме космоса?

— Хозяин, вы хотите узнать время, подлёта зонда к центру галактики? — мгновенно всё поняла инопланетная сволочь.

— Именно, — не стал отпираться я, уверенный, что Аэтрастиркеонгланк всё рассчитал и искусственный разум функционирует ровно на столько, насколько это необходимо.

— Пятьдесят четыре года ровно.

Так, уже лучше — у меня гарантированно есть время до две тысячи семидесятого года. Еще приплюсуем скорость обнаружения сигнала жнецом, и будущее вновь выглядит вполне безоблачным для двух-трёх поколений. Ближайшее будущее, по крайней мере.

— Начинай расчёты технологии производства субатомного три дэ принтера, — после раздумий, я пришёл к выводу, что это первостепенная задача, поскольку он потребуется как для создания источников энергии, так и для производства компьютеров. Неорганических и, сука, тупых, компьютеров.

— Учитывать ли имеющиеся на Земле технологии? — внезапно предложил органик.

— А насколько сократиться время расчётов? — мне действительно стало интересно.

— На два месяца, — вынес человечеству вердикт сеятель.

Вот так, запросто, тысячи лет развития ужимаются в жалкие два месяца расчётов инопланетного суперкомпьютера, который умеет даже шутить и врать.

— Из скольки? — спросил без особой надежды на реабилитацию своего вида.

— Из тридцати лет.

— Так стоп, — я нахмурился, — разговор шёл о шестнадцати годах, чтобы воспроизвести технологию атомарного реструктуризатора.