Лес громко шмыгнул носом и продолжал ковыряться в замке. Когда он бывал чем-то поглощен, у него всегда текло из носу. Терри по-прежнему стоял, согнувшись в три погибели; он еще не смел надеяться, что затею отменят, но робкие проблески надежды все же замерцали. Деннис, сидя под рисунками, вытаскивал кнопки и пулял ими в аквариум. Футбольная башка водил краем подошвы по линолеуму, и на нем оставались черные полосы, а Белобрысый ничем не был занят, только время от времени с усилием сдерживался — хотелось сосать большой палец.
— Тут проволока нужна, — опять заговорил Мик. — Самое милое дело — проволокой…
Лес выдернул из замка нож, разъяренно обернулся:
— У тебя есть, что ль?
— Не!
— Тогда… — Он опять поглядел на дверь, сложил нож. — Тогда сами навалимся.
— Ты что, смеешься?
— Еще чего! Она, похоже, не больно крепкая.
— Да ну? Тогда давай жми, раз ты такой силач. А мы поглядим.
Лес промолчал. Только презрительно, угрожающе глянул на Мика. Потом отступил на несколько шагов от двери, смерил ее взглядом, чуть пригнул голову, словно бык перед красным плащом матадора. Деннис замер с кнопкой в поднятой руке, Футбольная башка перестал возить ногой по полу, а Белобрысый и Терри отвлеклись каждый от своих мыслей и смотрели во все глаза. И тут, словно беря разбег для прыжка в высоту, Лес вдруг ринулся на дверь быстрым рывком, как на врага. Глаза сверкали решимостью, он громко топал и шумно, тяжело дышал. Казалось, он сейчас прошибет дверь головой. Но в последний миг он выставил вперед правое плечо, с глухим стуком ударил дверь справа возле самой ручки, что-то громко треснуло, и дверь поддалась.
Больше всех удивился сам Лес. Поначалу он думал, они все вместе приналягут на дверь, но от издевок Мика обозлился: ладно же, сперва он попробует один ее расшатать, пускай видят, что справиться можно. Но дверь поддалась чуть ли не с готовностью, и, когда он отступил, все увидели — на языке замка повисла металлическая пластинка и два винта торчат в металлических гнездах.
Он не унизился до победного клича, только глянул на Мика, шмыгнул носом и сдержанно, криво ухмыльнулся. Робкие проблески надежды, что мерцали перед Терри, погасли, а Лес приказал своей команде пошевеливаться.
— Входите! Все входите. Живо! Хватит здесь торчать!
Повторять не пришлось. Они мигом очутились в комнате секретарши, Лес припер дверь стулом, старательно ввинтил на место вырванные винты, и все четверо стали наметанным глазом выискивать, что бы тут слямзить. Но секретарша была женщина предусмотрительная и дотошная и ничего сверху не оставляла, чтоб уборщица не совала нос в ее дела. Ручки и карандаши заперты вместе с настольным календарем и пепельницей. Всюду чисто и пусто. Только на подоконнике лежит словарь, а на стене, на доске для объявлений, висят расписание и календарь-реклама фирмы школьных принадлежностей.
Теперь взгляды всех устремились на другую дверь, в дальней стене, напротив той, через которую они только что вошли. «М-р У. М. Маршалл», — было написано на деревянной крашеной табличке.
— Терри!
Голос Леса. Терри вскинул понурую голову. Терри! Что же это? Никто из них еще так к нему не обращался.
Может, обрадованный неожиданным успехом Лес хоть ненадолго подобрел?
— Они там наверняка, так? А не то, выходит, мы задаром влезли в эту ловушку.
— Ага, — поспешно отозвался Терри, лишь бы опять не разозлить Леса. И даже заговорил на Лесов манер: — Мы перед радиоуроками сюда топаем за этими штуковинами. Сам их выдает, а не то миссис Бейкер…
— Ясно! Сейчас врубимся и цапнем. — Лесу не терпелось повторить свой успешный номер, он отошел подальше, насколько позволяла комната, и мрачно уставился на дверь кабинета, будто перед ним заклятый враг и надо его прикончить.
— Вышиби ее. Лес!
— Сделай ее, парень!
Мик скрестил руки на груди и молча наблюдал.
— Не надо.
Это сказал Терри. Слова его упали в тишину комнаты, точно на пол вдруг шлепнулся тарантул; на миг все растерялись, но тотчас ощетинились, готовые на него наброситься.
— Чего? Это еще почему?
— Тут створки сами ходят. Эта дверь особенная…
Он ведь вполне мог промолчать, и пускай бы Лес кинулся, пролетел в кабинет и, может, расшиб бы обо что-нибудь башку. Вдруг бы это помогло ему, Терри. Он сам не знал, чего ради предостерег Леса. Может, потому, что тот вдруг назвал его по имени. А может, испугался, что, если этот Лес ушибется и рассвирепеет, от него пощады не жди. Так ли, эдак ли, лучше, как прежде, не слишком задумываться. Какова бы ни была причина, дело уже сделано.
— Чего? А, вот это здорово, — только и сказал Лес, подошел к двери, высоко занес ногу и подбитой гвоздями подошвой стукнул по заглавному «М» на табличке.
Почти не сопротивляясь, дверь отворилась внутрь кабинета, и Лес проскочил в нее еще до того, как она вновь закрылась.
— Да это просто перегородка, — объявил Лес. — Видно, тут была одна комната. — Он вдруг высунул голову из-за двери и неожиданно улыбнулся. — Что ж, я не жалуюсь. Мне только легче, верно?
