Несчастье с Григорием случилось вскоре после того, как в стране произошли события, названные одними революцией, другими — контрреволюцией. Наступило смутное время, разрушившее весь наш жизненный уклад, расстроившее экономику до такой степени, до какой не расстроила ее, кажется, даже Отечественная война. Сергей к этому времени уже ходил в город на работу, слесарил на орденоносном заводе, прежде строго секретном, выполнявшем заказы, связанные с обороной страны и отчасти — полетами в космос, и вот этот завод оказался не у дел, лишился заказов, рабочим по три, четыре, пять месяцев не выдавали зарплату. Так обстояло дело повсеместно, люди маялись без денег, а цены не просто росли — понеслись вскачь. И стало это время похоже на давнее военное лихолетье. Хотя прошло после той страшной войны почти полвека, старики ничего не забыли, и те, чье детство опалила война, помнили пережитый тогда голод, заставивший есть все, что могло обмануть желудок: зеленое варево из лебеды, лепешки из высушенного и растертого в порошок конского щавеля либо листьев липы. Картофелины, случайно оставшиеся в земле и найденные при весенней раскопке огорода, считались уже лакомством.
Над страной вновь замаячил призрак голода, и народ впал в тихую панику. Весной 1992 года все пустоши вокруг наших садов раскопали под картошку, а на садовых участках спешно сколачивали сараюшки для разведения кроликов, для выращивания цыплят, кое-кто обзавелся козами.
Васена тоже помнила войну, помнила, что лучше всех тогда жили семьи, имевшие коров. Выручало молоко, белое чудо, благодаря которому и лебеда становилась вкусней, сытней. И вот теперь, несколько придя в себя после смерти мужа и думая о будущем, о том, как покрепче поставить на ноги детей, Васена решила вырастить родившуюся нынешней весной телочку, а потом еще одну, чтоб стало по корове на члена семьи. Травы в окрестностях деревни, слава богу, достаточно, на заливных лугах вымахивает она выше пояса — лишь коси, не ленись, будешь с сеном на зиму.
Сейчас у нее были две коровы, и картошка своя, только ведь все равно без денег не обойтись. Юля с Костей учатся, ходят на гору, в городскую школу, их надо одевать-обувать, нужны учебники, тетради, то-се, да и Сергей оставался на ее иждивении — работал почти бесплатно, держался за свое место на заводе, надеясь на перемены в лучшую сторону. Поэтому-то Васена обратилась к председателю садового товарищества, где состоял в охранниках Григорий, с просьбой передать ей должность покойного мужа. Председатель просьбу удовлетворил охотно. Садоводы сочувствовали овдовевшей женщине и знали, что она характером и силой никакому мужику не уступит.
Зарплата у садового охранника была не ахти какая, а все-таки — живые деньги. Вдобавок у Васены со временем завелись постоянные покупатели, и по утрам, отправляясь в обход, она прихватывала с собой в рюкзаке несколько трехлитровых банок с молоком. Однажды кого-то из покупателей не оказалось на месте. Васена, чтобы не нести банку назад, домой, завернула к нам в наше товарищество — не купим ли мы?
Мы не отказались, хотя покупали молоко у бабы Клавы. У хозяйки моей в обычае каждому, кто к нам заглянет, предложить чашку чая. Пригласила она за стол и Васену. Васена приглашение приняла.
— У меня, — сказала, — с утра хлопот полон рот, и чаю выпить некогда, в горле пересохло.
Выпила чашку, вторую, распарилась, сдвинула шаль с головы на шею, попросила налить еще. Мы разговорились, она стала рассказывать о себе, о своей жизни, вот тут-то я услышал в подробностях и о давнем случае с Костькой, упавшим в реку, и о происшествии с пьяным катеристом, и о том, как умер Григорий. И о предке своем, запорожском казаке, упомянула Васена. Распахнула душу, и оказалось, что у этой женщины, на первый взгляд грубой, резкой, душа добрая, отзывчивая. Между нами завязалось что-то вроде дружбы.
Васена изредка, после утреннего обхода охраняемых ею участков, стала захаживать к нам, просто так, чтобы поговорить о том о сем, сообщить новости — она была осведомлена обо всем, что происходило в Дудкино и окрестных садах.
Время текло незаметно, редко случалось что-нибудь запоминающееся. Это теперь, когда я бросаю взгляд в прошлое, оно кажется насыщенным всякого рода событиями, потому что временные промежутки между ними в памяти сузились, события придвинулись одно к другому, — так сдвигаются, например, дома, если улицу сфотографировать фотоаппаратом с длиннофокусным объективом.
Крупные события в жизни Васены тоже происходили не часто, но если выписать их подряд, получается вот что. Неожиданно ей по плану переселения дудкинцев предоставили в городе трехкомнатную квартиру. Это случилось еще до того, как городская администрация догадалась выдавать ордера с условием разрушить избы в деревне. Васена забежала к нам взволнованная, у нее на щеках опять запылал румянец, угасший после смерти Григория.
— Пусть там живет Сергей, он собрался жениться, а я с Юлькой и Костькой останусь пока тут, при хозяйстве, — радостно сообщила она и тут же прослезилась: — Господи, если б еще и Гриша был жив!..
