Однажды я уже рассказал об умельце, создавшем на основе списанного трактора и автомашины без мотора гибрид, тракторомобиль, прозванный дудкинцами «Тянитолкаем». Теперь расскажу о чуде техники, появившемся в другом месте, в селе, куда я изредка езжу навестить родственников. Назовем его условно трактором, потому что бывший колхозный механизатор Иван Егорович Самохвалов при конструировании этого чуда тоже воспользовался деталями списанных тракторов своего разоренного экономическим кризисом колхоза. Но собранный им самодвижущийся механизм установлен не на обычном для тракторов массивном шасси, а на двух небольших шарнирно соединенных меж собой рамах. На переднюю раму поставлен возвращенный Егорычем к жизни двенадцатисильный двигатель, на задней — рулевое управление и сиденье с емкостью для топлива под ним. Вместе с прицепной тележкой самодельный механизм имеет перед стандартным трактором то преимущество, что может разворачиваться в ограниченном пространстве, двигаться по кривым закоулкам или по лесу, извиваясь среди деревьев, как змея. Поскольку при этом он попыхивает дымом из направленной вперед выхлопной трубы, быстро нашлось прозвище для него — Змей Горыныч.
С ним, Змеем Горынычем, Иван Егорович горя не знает. Нужно подвезти для дворовой живности сено-солому либо урожай картошки с выделенного ему, как пенсионеру, участка в поле — нет проблем. Он и соседям что надо подвезет, не бесплатно, конечно, отношения меж людьми теперь рыночные, и солярку даром, как прежде, не нацедишь из колхозной цистерны, но плату он берет по совести, умеренную. Поэтому-то пришел к нему с поклоном бывший агроном Вадим Сергеевич:
— Егорыч, выручи!
Срубленную из осины баню Вадима Сергеевича источил древоточец, из стен белый порошок сыплется. Неплохо бы, подумал он, новую, сосновую поставить. А почему бы и не поставить? Хотя реформы последнего времени вышли для большей части народонаселения боком, свободный рынок упростил решение некоторых жизненно важных задач. Скажем, приобрести стройматериалы теперь несложно, были бы только деньги. Предприимчивые люди, мало-мальски обзаведясь ими, взялись за топоры и пилы, строят себе новые дома, а успевшие разбогатеть возводят чуть ли не замки.
Семка Чумаков, живший через три двора от Вадима Сергеевича, занявшись предпринимательством, отгрохал в сторонке от всех, у чудного озера, трехэтажный кирпичный особняк. Начал с торговли в киоске продуктами питания, ездил за ними на еле живом «Москвиче» на оптовые базы, скопил капиталец, купил десятитонный «КамАЗ», расширил дело, именовавшееся раньше спекуляцией, основал сам оптовую базу для обслуживания мелких торговцев и теперь, говорят, ворочает миллионами.
С пенсионными деньгами Вадима Сергеевича особо не размахнешься, но если потратить их с умом, подыскав самые дешевые материалы и услуги, баню построить можно. Припомнил Вадим Сергеевич свои старые связи, пошел в лесничество к давнему знакомому. Лесник предложил по божеской цене лес на корню, по доброте душевной свозил Вадима Сергеевича на собственном мотоцикле в лесной массив, раскинувшийся километрах в пятнадцати от села, походил по чащобе, выбрал прямоствольные сосны, пометил клеймом.
— Вали их, Сергеич, выволакивай к дороге, а там уж грузовик наймешь, — сказал лесник и шутливо добавил: — Когда построишь баню, с удовольствием попарюсь у тебя. Знаю, спиртное ты принципиально не употребляешь, но кваском, надеюсь, угостишь.
— Ладно уж, разорюсь на что-нибудь покрепче, — пообещал Вадим Сергеевич. На его хмуром от забот лице расцвела улыбка.
Итак, надо было свалить деревья и вытащить бревна на дорогу. Ну, свалить, положим, Федька Комолов свалит, он бензопилой на выпивку зарабатывает, помани его бутылкой — бегом побежит. А как вытащить? Никакая машина в чащу не пройдет. Разве лишь Змей Горыныч Ивана Егоровича. Кстати, есть у него и бензопила…
С этим и пришел бывший агроном к бывшему механизатору.
Самохвалов, сухощавый, жилистый старик невысокого роста, выслушав просьбу, покровительственно похлопал возвышавшегося над ним на полголовы дородного агронома по плечу:
— Плевое, Сергеич, дело, сделаем!
На следующий день около 10 часов утра они прибыли к месту работы. Егорыч, демонстрируя возможности Змея Горыныча, с ходу заехал в глубь леса.
— Приехали! Показывай, где твои деревья!
Вадим Сергеевич, кряхтя, слез с прицепа, — будь он неладен, чуть душу не вытряс, — глянул по сторонам.
— Вроде бы вон там, пойдем посмотрим.
Пошли. Идут, идут, а помеченных деревьев не видно. Что за чертовщина?!
— Давай так: ты иди в ту сторону, а я пойду в эту, — предложил Вадим Сергеевич. — Кто найдет — подаст голос.
Разошлись.
Ходил, ходил Вадим Сергеевич, то зигзагами, то кругами — и уже на грани отчаяния увидел затесы на стволах.
— Эге-гей, Егорыч! — закричал он. — Я нашел, иди сюда!
Ни звука в ответ.
— Эге-ге-е-ей!..
Покричал минут пять, а то и десять — не откликается Егорыч. Что делать? Придется поискать его.
