Тим Рот был весьма озадачен, натолкнувшись на досье двух разных людей: Савелия Говоркова и Сергея Мануйлова. Показалось, что первое досье прихвачено случайно, однако он не стал его возвращать исключительно по собственной лености. Более того, «для разогрева» сначала быстренько пролистал именно досье на Савелия Говоркова, благо оно было намного тоньше. А когда он приступил к изучению досье Сергея Мануйлова, особенно при чтении выводов агентов, у него появилось странное ощущение, будто речь идет о том же человеке, что и в досье Савелия Говоркова. Тим Рот вернулся к первому досье и на этот раз отнесся к нему повнимательнее.
Чем дальше он читал, тем больше ему казалось, что это один и тот же человек. Интересно, почему никто из аналитиков Ордена не пришел к этому выводу? Это же так очевидно: характер, привычки, отличное владение восточными единоборствами и просто лихое абсолютное владение любым видом оружия, великолепное знание английского языка. И уж совсем очевидна «любовь» и того и другого к Рассказову. Кстати, а где он? Почему так долго не выходит на связь? В данной ситуации его помощь была бы как нельзя кстати.
Не совпадало одно, но самое существенное обстоятельство: их портретное изображение. Конечно, он сам намекнул Великому Магистру о возможностях пластической хирургии, однако… Тим Рот глубоко вздохнул и поморщился словно от зубной боли. Он подпер руками подбородок и ушел в глубокую задумчивость с явным намерением не вставать с места до тех пор, пока в голову не придет что-нибудь путное.
Неожиданно к нему постучали. Сначала Тим Рот не хотел отзываться: очень не любил отрываться, когда уходил в свои размышления, но, когда стук настойчиво повторился, он встал и открыл дверь кабинета.
— Ну, что еще? — недовольно спросил он, увидев начальника шифровального отдела.
—г Вот, на ваше имя из Москвы, от ССС. — Сотрудник протянул листок с текстом.
Быстро пробежав его, Тим Рот сразу превратился в собаку-ищейку, напавшую на след зверя: ноздри раздулись, глаза заблестели.
— Пошли к тебе: нужно срочно послать распоряжение моим людям в Москве.
В шифровке сообщалось о том самом человеке, о котором он и размышлял уже несколько дней. Информация была наиважнейшей: во-первых, было установлено место его проживания, во-вторых, было известно, что он уже получил американскую визу и приобрел билет Москва — Нью-Йорк с открытой датой, Нужно срочно послать группу захвата: нельзя терять ни минуты! А также решить с Колокольниковым. После того как он дважды подряд влез в базу данных ФСБ, его вычислят в ближайшие же дни. А потому Колокольникова нужно срочно переправлять на Запад: он еще может принести пользу Ордену, и не только Ордену, но и ему, Тиму Роту, видно.
Оставим его наедине с его проблемами и вернемся в Москву…
Понакупив подарков Розочке, ее тетке — Зинаиде Александровне Панфиловой, ее мужу и Майклу, Савелий возвращался к себе домой на Фрунзенскую, не подозревая, что там его уже ждут боевики Тима Рота. Вполне возможно, что мысли о близкой встрече с любимой Розочкой настолько отвлекли его, что притупили чувство бдительности и постоянной готовности к отпору любому бросившему ему вызов.
К тому же последний разговор с Розочкой был настолько странным, что Савелий все возвращался и возвращался к нему. Он никак не мог понять, что его насторожило: то ли чудная интонация, то ли сам голос Розочки изменился. Но что-то было явно не так.
Подъехав к своему дому, Савелий остановился, вынул ключ зажигания, открыл дверцу и уже хотел выйти, как его взгляд упал на трубку мобильного телефона. Он до сих пор был подключен к зарядному устройству.
«Странно: ни одного телефонного звонка за последние пару часов», — подумалось ему.
Взяв трубку, он увидел, что она просто отключена. Включив ее, Савелий вышел из машины, проверил двери и нажал кнопку сигнализации и тут услышал звонок мобильника.
— Да, слушаю!
— Привет! У тебя что, телефон не работал?
— Нет, случайно отключен был, а что? — Савелий узнал голос Рокотова-старшего: тот был явно взволнован.
— Ты где?
— Перед домом, а что, что-то случилось? — насторожился Савелий: волнение Рокотова передалось и ему.
— Есть очень обоснованное подозрение, что тебе…
В этот момент Савелий почувствовал, что его в плечо жалит пчела, он уже хотел смахнуть ее, но тут в мозгу промелькнуло: как могла его ужалить пчела, если на нем кожаная куртка?
Последней мыслью, посетившей его голову, перед тем как он потерял сознание, была мысль о том, что почему-то он не слышит голоса помощника Богомолова.
Сознание Савелия не зафиксировало, как трубка мобильника выскользнула из его ослабевшей руки, он упал на асфальт и уже ничего более не ощущал.
