— Как ни странно, но Воронов как раз и интересовался этим Булавиным и его высокопоставленным дядей: пытался выяснить не только подробности карьеры молодого подполковника, но и кем является всесильный дядя.
— Вот как? Очень любопытно!
— Так кем же тебя направить в дивизию?
— Старшиной, точнее — старшим прапорщиком! Вроде и звание небольшое, а независимости сколько угодно. Только переведен я должен быть не из Москвы, а из какого-нибудь места поближе к Омску. Да, вот еще… Желательно, чтобы мой перевод не перебил повышения кого-то в дивизии.
— Ну, это само собой разумеется, — согласно кивнул генерал. — Кому в дивизии надлежит знать о твоем задании?
— Лучше бы никому. Но коли без этого не обойтись, то придется отчасти посвятить комдива. — И тут же пояснил: — Тем более что без его ведома, не привлекая лишнего внимания, вряд ли можно перевести в дивизию кого бы то ни было.
— Что, тоже клюнул на его афганское прошлое? — улыбнулся Богомолов.
— А у вас есть другая кандидатура?
— Нет… К сожалению, ты прав.
— Почему к сожалению? — не понял Савелий.
— Только потому, что я не вижу альтернативы, — признался генерал.
— Зато вы — генерал, а я как был сержантом, так им и останусь, — польстил Говорков.
— Не подлизывайся и не лукавь! Если бы хотел, то уже давно бы носил майорские погоны!
— Хлопотно все это, — отговорился Савелий своей вечной присказкой. — Сколько уйдет на подготовку необходимых документов для моего назначения?
— За пару дней, думаю, управимся.
— А время идет, и братишке наверняка нужна моя помощь, — недовольно прошептал Савелий.
— Думаешь, я не переживаю за него? — Богомолов резко поднялся с кресла; соблюдая субординацию, встал за ним и Савелий. — Ты же сам попросил действовать, не привлекая лишнего внимания. Нет, если действовать неофициально, быстрее никак не получится, а если официально, то сразу попадешь в центр всеобщего внимания.
— Да, вы правы. — Савелий задумался и вдруг воскликнул: — А сколько потребуется времени, чтобы сделать мне документы проштрафившегося замкомвзвода воздушных десантников?
— Из какого города?
— Даже из Москвы можно.
— Что ты натворил?
— К примеру, солдата уложил на больничную койку!
— За что?
— Допустим, приревновал к своей девушке…
— Понизили в звании и в наказание отправили в общевойсковую дивизию, чтобы не отдавать под трибунал? — закончил за него Богомолов.
— Типа того…
— Оформлять на Мануйлова?
— Конечно.
— Завтра утром документы будут готовы. С комдивом переговорить?
— Ни в коем случае! Понадобится — сам переговорю.
— Но ведь нужно его согласие.
— Оно будет, — заверил Савелий, — но не через Москву, а через Омск.
— Что, вспомнил о каком-то омском знакомом?
— Так точно! — впервые улыбнулся Савелий.
— У него достаточно влияния, чтобы устроить тебя в дивизию?
— Более чем! — заверил Савелий.
— Ну что ж, в таком случае желаю удачи! — Генерал крепко пожал ему руку, потом не выдержал, обнял за плечи и тихо прошептал на ухо: — Ты береги себя там, Савушка!
— Мухтар постарается! — Савелий специально отозвался шуткой, чтобы скрыть накатившее волнение…
На следующий день он уже сидел в экономическом классе авиалайнера, летящего в Омск…
Как же удивительны и непредсказуемы бывают жизненные переплетения! Высокопоставленный дядя Булавина, тот человек, которым интересовался Воронов, звоня из Омска подполковнику Сергееву, и о котором Савелий так и не получил сведений от генерала Богомолова, был не кто иной, как номер «Второй», на которого, в свою очередь, очень бы хотелось выйти Тиму Роту. Именно поэтому Тим Рот с таким упорством жаждал наладить контакт с номером «Первым», жившим в Сингапуре.
Ведь именно «Второй», непосредственно подчинявшийся номеру «Первому», и осуществлял прямое руководство той самой мафиозной базой, с которой сбежали незадолго до августовского путча девяносто первого года два брата — Савелий Говорков и Андрей Воронов, оказавшиеся главными виновниками ее уничтожения. За события тех лет и пришлось расплачиваться братьям в настоящее время.
Однако обо всем этом речь пойдет в следующей главе…
Впервые за последние несколько дней Тим Рот немного успокоился. Ему без особого труда удалось уговорить криминальных воротил из разных стран встретиться в Сингапуре. Последним решающим аргументом стало его обещание обеспечить не только благосклонность Великого Ордена, но и реальную возможность заработать приличные деньги. Ли Бао, как старейший и самый хитрый из них, попытался вытянуть из него подробности, но Тим Рот ушел от ответа, гарантировав одному из главарей всемогущей и таинственной «Триады», что тот не пожалеет о потраченном времени.
