– Я хочу поблагодарить вас, Эндрю, за то, что вы пришли мне на выручку, – сказала она, раздельно произнося слова. – Там, на объекте, я как-то не решилась к вам подойти… Мне показалось, что вы очень заняты, а я не хочу отвлекать вас от важных и срочных дел.
– Я всегда к вашим услугам, Элизабет. Но нужно было выждать какое-то время, чтобы вы смогли отдохнуть и прийти в себя после всех этих треволнений… Кстати, как ваше самочувствие?
– Я в полном порядке, Эндрю. Не помню даже, когда еще я чувствовала себя так превосходно, как сейчас.
– Ну вот и отлично. – Когда Сатер повернул к ней голову, его лицо словно светилось изнутри. – Вы и вправду выглядите отлично, Элизабет… Но я вижу, что у вас на языке уйма вопросов?
Легонько вздохнув, Колхауэр утвердительно кивнула головой.
– Ну что ж, спрашивайте.
Элизабет задумалась. В той истории, что произошла с ней в начале сентября, ей было все или же почти все ясно, тем более что Сатер и Малколм уже дали ей все необходимые разъяснения. Поэтому она решилась спросить о другом.
– Эндрю, что за история случилась двадцать седьмого ноября? Я имею в виду наши, лос-анджелесские события. Тот самый инцидент, когда полиция и спецназ ДЕА обложили одно из домовладений в районе Семидесятой улицы, а тот коттедж… сгорел вместе с его обитателями?!
– Вы спрашиваете меня о событиях, очевидцем которых вы сами являетесь, – хмыкнул Сатер. – А что, собственно, вам непонятно, Элизабет?
– Да решительно все!
Когда журналистка поделилась с ним своими впечатлениями о тех странных событиях, не забыв упомянуть о леденящем кровь ужасе, который она испытала в какие-то мгновения, Сатер понимающе покивал головой.
– Мы у себя в агентстве смоделировали те события и во всем разобрались, – сказал он. – Уитмор и его спецназ прошляпили парочку гостей, что наведались к ним с «приветом» от Аваддона… Это были «суперы»…
– Кто? – наморщив носик, переспросила журналистка. – Какие еще «суперы»?
– Специально обученные боевики, экипированные по разряду «стелс». Они действовали при поддержке «матрицы», причем генератор работал на излучение не более трех-четырех минут.
– Я по-прежнему ничего не понимаю, – покачала головой Колхауэр. – Хотя… «Невидимки», говорите? Я, возможно, заподозрила бы, что вы разыгрываете меня, сочиняете невесть зачем все эти небылицы, но есть одна деталь… Похоже, что вы не врете, потому что одного из этих… «призраков» учуял полицейский пес. Я тоже ощутила чье-то присутствие в этот момент и, знаете, перепугалась буквально до смерти!
– Вот видите, – усмехнулся Сатер. – А вы не хотите мне верить.
– Что такое «матрица», Эндрю?
– Генератор латентных полей, если уж совсем просто…
– Нет, не понимаю.
– Тогда скажу по-другому: такого рода генераторы, из числа новейших, засекреченных образцов, могут использоваться в качестве технотронного оружия, способного деструктивно влиять на человеческую психику. Я вижу, вы удивлены, что я раскрываю перед вами, перед журналисткой, все эти «страшные» секреты?
– Конечно, удивлена, Эндрю… Но меня сейчас больше беспокоит та угроза, источник которой мне пока не очень понятен.
– Расслабьтесь, Элизабет, вы в безопасности, – спокойным тоном сказал Сатер, но уже через секунду на его лице появилась широкая улыбка. – Все, о серьезных делах более ни слова! Потом, потом обо всем переговорим… Не возражаешь, если мы перейдем на «ты»? Прекрасно… Пойдем со мной, Лиз, я покажу тебе кое-что…
Как Сатер нашел эту поляну, для Элизабет так и осталось великой загадкой. Удивительно, что туристы не обнаружили это место и не вытоптали здесь всю красоту…
На поляне среди изумрудной влажной травы росли чудные ярко-желтые цветы.
– Эндрю, я не понимаю… – Элизабет, изумленная и одновременно восхищенная этим диковинным зрелищем, широко распахнув глаза, посмотрела на своего спутника. – Откуда в эту декабрьскую пору здесь взялись цветы?!
– Я ведь в какой-то степени волшебник, хотя и не афиширую этого, – сказал Сатер, вручая девушке пышный букет цветов. – Кстати, Лиз, какие у тебя планы на сегодняшний вечер?
Их глаза встретились, и оба они улыбались.
– Мои разбирательства с адептами Новой церкви можно отложить на денек-другой, – заметила она. – А вот у тебя, Эндрю, наверное, полно дел?
– Я свободен, Элизабет. Поэтому повторю свой вопрос еще раз: «Чем вы намерены заняться этим вечером, леди?»
– А разве я еще не сказала, Эндрю? – Она по-прежнему смотрела ему прямо в глаза. – У меня запланирован ужин при свечах в компании одного моего нового знакомого…
