Рейелла Таргариен была невысокого роста, едва выше дочери. На ней была черная мантия с капюшоном, на груди вышит трехголовый дракон их дома. Ее волосы цвета белого золота были аккуратно уложены, с исхудалого лица тревожно смотрели фиалковые глаза. Она взглянула туда, где только что стоял Рейегар, а потом перевела взгляд на Дени. Ее голос казался таким же бесплотным, как и она сама:
- Моя маленькая бурерожденная девочка. Кем ты стала?
- Я королева, - ответила Дени. Тиран. – Завоевательница. – Узурпаторша.
Рейелла отозвалась не сразу. Наконец она потянулась к воротнику и одним отчаянным жестом сорвала с себя мантию, обнажившись до пояса.
Дени в испуге смотрела на нее. Ее мать была стройной и худой, с маленькой грудью и торчащими ребрами, кожа у нее была белая, словно древесина бука, вся покрытая лиловыми синяками, шрамами и следами от укусов. Не говоря ни слова, Рейелла сбросила с себя платье и осталась обнаженной, как в день своего появления на свет. Королева стояла так близко, что Дени хотела взять ее за руку, но не могла отвести глаз от ужасных следов на хрупком нежном теле. Она хотела спросить, кто это сделал, но ей и так это было известно.
- Пламя и кровь, - с горечью молвила Рейелла, запахивая мантию. – Такой королевой ты стала, дитя мое?
- Нет. – Слова словно застряли в горле. – Я пыталась…
- Он прав. – Рейелла посмотрела вслед ушедшему сыну. – Рейегар сделал все как должно. Теперь твой черед, дитя.
- Но… матушка, нет, пожалуйста, мама… - Это слово было ей непривычно. Ее называли матерью на всех языках: она была матерью драконам, матерью рабам, чьи оковы она разбила. Но Дени никогда сама ни к кому так не обращалась.
- Ступай, - прошептала Рейелла. – Будь сильной. Другого выхода нет. Они придут. Сожги их. Как и подобает Таргариену. В последний раз. Сожги их, а потом себя.
- Я не…
Рейелла исчезла, была и нет, словно кто-то задул свечу. Дени оглянулась, ожидая и страшась новых видений, но ничего не увидела. Она была одна.
Совсем одна.
- Джорах? – Она снова обернулась, хватаясь за стену тьмы. – Джорах!
Нет ответа.
- Джорах! – Кричать бесполезно. Если бы он был где-то рядом, то ответил бы. Дени не помнила, когда отпустила его руку. Она пыталась прикоснуться к своим родным, понимая, что они мертвы, а она где-то под Тенью и все еще…
…или она тоже мертва? На краткий, преисполненный ужаса миг Дени поняла, что не уверена в том, что жива. «Они изменят тебя», - сказала Коиджа. Но она – Мать драконов, от нее мертвой им никакой пользы.
Дени в панике повернулась кругом. Она коснулась губ и груди; изо рта вылетало дыхание, а сердце билось. Ей стало немного легче. Она вгляделась вдаль и различила бледный отсвет в конце длинного коридора. Скорее всего, Джорах тоже увидел его, пока она разговаривала со своими призраками, и пошел посмотреть, что там. Странно, что он оставил ее, ведь он, кажется, был искренен в своем раскаянии. Но, как Дени уже поняла, в этом месте человек над собой не властен.
С любопытством, но все еще настороже, Дени пошла вперед. Через дюжину ярдов на мозаичном полу под ее ногами заиграли отблески солнечного света, и она услышала пение птиц. Дени ускорила шаг.
И вновь она ошиблась в своем представлении о красных жрецах. Ей виделся огромный зал для приемов, отделанный мрачным черным камнем, красные шелковые драпировки, дымящиеся железные жаровни, а посередине - большой костер. Но вместо этого Дени, щурясь от солнечного света, вошла в маленький уютный садик. В изящном фонтане заманчиво журчала вода, воздух отливал золотом и зеленью, кругом жужжали насекомые и летали разноцветные бабочки величиной с ладонь. Ноги проваливались в мягкий белый песок, а в тени, отбрасываемой ажурными листьями, веяло приятной прохладой.
Все это выглядело невероятно и обольстительно, и Дени остановилась, чтобы насладиться зрелищем; как во тьме забываешь о том, как выглядит свет, так в Красной пустыне забываешь о роскоши и изобилии. Тем не менее, Дени решила, что не даст себя одурачить приятным видом. Она понимала, что все это – иллюзия. Нечто подобное она уже видела в Доме Бессмертных.
Дени настороженно огляделась, но не увидела ни Джораха, ни кого бы то ни было еще. На каменном постаменте в центре сада стоял поднос с двумя золотыми кубками, но хотя Дени страдала от жажды, она знала, что в таком месте, как это, не стоит прикасаться к напиткам, они могут быть заколдованы. Она сделала еще несколько шагов, оглядываясь в поисках красных жрецов. Наверняка кто-нибудь скоро появится.
