Прагматичность не давала милицейскому начальнику поверить в то, что передним стоит настоящий агент ФБР. По старинке, по привычке он считал, что преступник просто-напросто «отпирается», не желает признаваться в преступлении и городит трёхэтажную чушь, лишь бы только отбояриться от суда и следствия.
- Вы – толкатель ручки! – не выдержал Филлипс и даже подался вперёд. – Вы даже не хотите слушать – так вам нужно сделать план по раскрываемости преступлений! Я слышал, что в России так делают – сажают, кого попало, когда не клеится план!
Заслышав эту «филиппику », Ежонков прыснул в рукав, а Недобежкин побагровел от ярости и даже пустил пар из ноздрей, как настоящий бык.
- Ааааа???!!! – заревел он, стиснул кулаки и собрался, было, «полететь» к себе в кабинет за противогазом для «слоника».
- Васёк, он сказал, что ты – канцелярская крыса! – вставил Ежонков, усмехаясь в несуществующие усы.
- Чего? – буркнул Недобежкин и задержался в железных дверях камеры.
- «Пэн пушер» по-английски – это «канцелярская крыса », – объяснил Ежонков, злорадствуя над тем, что «Геракл от сыска» Недобежкин так поверхностно разбирается в иностранных языках. – А если дословно перевести, то так и будет, «толкатель ручки»! Ферштейн?
- Ухь! – зашипел Недобежкин и вернулся назад. – Чи пускай дальше базарит… Совсем вы меня достали…
Милицейский начальник выпустил пар, «сдулся» и уселся на нары, привалившись к стенке спиной.
====== Глава 92. Невероятная история Филлипса. ======
Филлипс радовался тому, что победил дремучую темноту ума местных полицейских и заставил их себе поверить. Всё, теперь можно рассказать им правду и, может быть, рассчитывать на их помощь. Видимо, не такие они и дремучие, раз добрались до Верхних Лягуш!
- Ладно, давай, выкладывай, что ты там затеял! – великодушно разрешил Филлипсу Недобежкин. – Но смотри, проверю всё до единого словечка. Если врёшь – не отбрыкаешься от тюрьмы! Хоть ты потом из штанов выскочи – посажу!
- Проверяйте! – храбро согласился Филлипс, поднялся с пола и сел на свободные нары напротив Недобежкина.
Да, теперь в этом странном создании, что назвало себя «агентом ФБР» пропало всё животное и дикое, а взгляд сделался по-человечески осмысленным. Неужели, прав Ежонков – «звериную порчу» наводят на определённое время??!
- Я продолжаю работу Никанора Семёнова! – внезапно заявил Филлипс, чем поверг Недобежкина, а так же и Ежонкова в глубокий шок и тихий ужас.
Оба выкатили на Филлипса изумлённые зрачки, а ушлый агент это заметил и только рад был стараться, рассказывая свою историю, но не всю, а только те её моменты, которые считал нужным.
- Никанор Семёнов, – вещал Филлипс, строго следя за реакцией местных сыщиков. – Долго следил за этим ГОГРом. Они всё прикрывались выявлением наследственных заболеваний, а по-настоящему – искали так называемый «идеальный геном», который совместим с «Образцом 307».
- Стоп, стоп! – перебил содержательный и интересный рассказ Недобежкин. – Вы все талдычите про этот ваш «Образец»… Объясните, наконец, что это такое и с чем его едят!
Кажется, американчик не понял, чего добивается от него милицейский начальник, потому что ответ его звучал вот, как:
- «Образец 307» скорее всего, несъедобный. Он каким-то образом интегрируется в ДНК человека и каким-то образом её изменяет. А вот, что именно это такое – я не знаю. Знал профессор Артерран, который работал с ним, и Росси. Росси финансировал проект «Густые облака» после того, как профессор Артерран исчез…
Ежонков только собрался буркнуть, что они видели этого «профессора» буквально, на днях, однако Недобежкин больно пихнул его локтем в сдобный бок: мол, не смей! Филлипс так увлёкся рассказом о ГОГРе и Артерране, что не заметил этого и продолжал с тем же азартом:
- Росси пытался добиться результатов, но Артерран, когда исчез, забрал с собой и «Образец», и прототип.
- Что за прототип? – уточнил Недобежкин, поёрзав на нарах и снова пихнув Ежонкова, который собрался, было вставить некое своё мнение.
- Я его не видел, – честно признался Филлипс. – Но прототип, это то, из чего профессор Артерран получал «Триста седьмой Образец». Росси пытался заполучить его любой ценой, искал документы с базы «Наташенька», свидетелей каких-то… Он и филиал этот в Донецке открыл только для того, чтобы добраться до держателей секретных бумаг. Я вышел на них и нашёл ассистентку Артеррана Эмму. Я уже почти нашёл то, что мне нужно, но ГОГР вынюхал меня. Они захотели, чтобы я бросил расследование, угрожали, пугали, предлагали взятки. Я знал, что они не смогут меня убить, потому что я – агент ФБР. Мою жену – тоже, потому что её охраняют день и ночь. Но они нашли в Бостоне мою сестру и сказали, что умрёт она. Я мог бы поднять все подразделения ФБР и защитить сестру от них, но они поступили очень подло…
В тот день Филлипсу в офис позвонил первый заместитель Росси по имени Мартин Мильтон.
- Я помогу вам выйти из этого дела без ущерба для себя и вашей семьи, – бесстрастно сообщил ему этот Мильтон. – Подъезжайте в порт сегодня к семи вечера. Будьте осторожны: я рискую не меньше, чем вы.
