Завязалась настоящая драка, но Эмбер не смотрел на собратьев, в это время он отвлекся на кое-что другое: из-под прилавка, где до этого стоял мальчишка-бармен, вытекала густая и темная, как эль, лужа крови. Перед Эмом лежало бездыханное тело. Лицо официанта выглядело мертвенно-бледным, а зрачки сильно расширились. Где-то в стороне пронзительно кричал один из охотников. Потом к нему присоединился лай лисицы, но Эм не мог пошевелиться и обернуться на эти звуки. Потрясенный, распластанный на полу, он все-таки исполнился какого-то странного ощущения — ему показалось, что все это нереально. Тело его словно раздвоилось, и от страха парень прилип к кафелю, боясь даже поднять голову.
Данте застрелил человека. Это было последнее, о чем подумал Эм перед тем, как кто-то схватил его за руку, вывернув ее так, что хрустнули суставы. Чьи-то острые когти вспороли кожу. Зашипев от боли, Эмбер обернулся и взглянул на стоявшего за его спиной.
Это оказался Данте. Перекошенное от бешенства лицо человека-волка выглядело в этот момент ненормальным от злобы и гнева.
— Я с тобой еще поговорю, — многообещающе рыкнул Дантаниэл.
Рывок.
Еще секунду назад Эм лежал на полу, а сейчас почему-то стоял в гуще драки, завязавшейся между ворлоками и хантерами. Данте очутился позади них с поразившей Эма быстротой. Он молниеносным движением вцепился Дагону в руку, сжимавшую палку, и поспешно переместился с ним с поля событий, выволакивая парня с легкостью, как будто тот весил не больше щенка. Элай испарился следом за ними, услышав, как Данте пробормотал что-то такое, в чём он разобрал только слово «машина». После этого наступила тишина.
В воздухе прогремел последний выстрел. Оставшиеся одни на поле боя, охотники дико озирались по сторонам. Пес, который до этого висел на руке Элая, тушкой шлепнулся на пол, не понимая, в каком направлении исчезла его жертва.
— Куда они делись? — проревел Конрад, сдергивая с головы капюшон.
За ним то же самое повторила Катария, которая вот-вот должна была получить удар и потому стояла в боевой стойке, готовая отражать атаку. Мики опустил оружие. Произошедшее быстро дошло до них.
— Они слиняли! Крысы! — заорал Ренье, слушая всхлипы лишенного кисти мальчишки — недавно призванного на службу хантера, чьего имени Конрад даже не знал.
Вопли паренька с трудом преобразовывались в слова.
— Кровь! Настоящая! — рыдал тот, рассматривая свой кровавый обрубок.
— Настоящая, ты уж не сомневайся, — грубым ударом взбешенный Конрад вырубил его, чтобы он не завывал. Мики вздрогнул от его действия.
— Выбросим его около местной больницы. Все равно он был никудышным воином.
Со стороны прилавка кто-то закричал. Обернувшись, три охотника увидели маленькую девочку, появившуюся неизвестно откуда. Рыжеволосая, не более восьми лет от роду, она стояла над трупом брата и кричала, кричала, как заведенная, словно разум ее повредился и отказывался принимать любые команды. Затем она упала на колени, громко рыдая и размазывая по лицу слезы.
— Ради всего святого, — Конрад в три быстрых шага пересек пространство кафетерия, прикрывая фигурку девчушки своим громадным телом. Затем послышался противный хруст. Крик смолк.
Словно насекомое, на которое внезапно навели луч фонаря, сердце Мики совершило прыжок.
Если до этого Ривьера был холоден, и все это время голова его лихорадочно работала, пока он пытался сражаться с напавшими на них тварями, то теперь он просто онемел от ужаса. Как Конрад мог поднять руку на ребенка?
Ренье встал, спокойно смотря на труп.
— Они ушли от нас. Чертовы твари, — прорычал он.
Увидев, как таращится на него младший из охотников, Конрад задрал левую бровь. С виду Мики был не в порядке.
— Что? — глаза Конрада сузились, как у ядовитой гадюки.
— Зачем ты сделал это? — Ривьера опустил взгляд, скользнув им по бездыханному телу маленькой девочки.
— Когда мы сюда зашли, тут все насквозь пропахло ворлоками! Откуда ты знаешь, что эти, — он презрительно кивнул на трупы бармена и его сестры, — не были одни из них?
— Она ребенок, Конрад, — тихо произнес Ривьера.
От этих слов могучий хантер словно увеличился в размерах, а Мики сжал кулаки, готовый к чему угодно.
— А ты помнишь правила, мальчик? — зашипел на него охотник. — Бить сразу и не ждать, когда ударят тебя. Не жалеть ни маленьких, ни пожилых, ни женщин, потому что они могут ударить в спину!
— Она не была ведьмой… — гнул свое Мики. — Тебе… тебе надо было просто на ком-то сорвать злость.
Сказав эти слова, Мики вздрогнул. Он уже где-то слышал их. Сказанное звенело в его голове тревожным колокольчиком, но он никак не мог вспомнить, почему оно казалось таким знакомым. Тоненький женский голосок повторял и повторял их, словно сверло ввинчивалось в мозг. Мики моргнул. Он сделал шаг назад, за ним еще. Затем молодой полицейский гневно посмотрел на Кай и Конрада и вылетел вон из забегаловки. Что-то щелкнуло в его голове в этот момент. Он не собирался стоять и смотреть на то, как хантеры калечат невинных.
