Они делали это снова и снова. Снова и снова, без остановки, пока хватало сил и пока сон не сморил их прямо после очередного забега. Кажется он даже слезть с неё толком не успел.
И сейчас, когда он смотрел на неё и вспоминал всё в подробностях, почувствовал вдруг, как внизу живота снова натягивается тугая пружина.
Ему хотелось её опять. И даже больше, чем прежде.
Он тряхнул головой.
Сириус закрыл глаза и с силой потер лицо, после чего решительно сбросил с себя простыню и одеяло и выбрался из постели.
Все его вещи нашлись в гостиной.
Мышцы уже по-настоящему болели, в голове беспощадно стучало, а в затылке и вовсе как-будто целый кирпич угнездился. Стараясь не смотреть на учиненный разгром и ни о чем не вспоминать, Сириус оделся, правда с некоторым трудом, засветил палочку и беззвучно выбрался в тихий, наполненный сном коридор подземелий.
До башни Гриффиндора он добрался без приключений — благо шестилетний опыт ночных скитаний по школе позволял ему быть незаметным, хотя Карты ужасно не хватало.
В гостиной кто-то открыл окно и в чисто прибранную, мирно спящую комнату лился свежий утренний воздух.
До начала занятий была всего пара часов, но никто не торопился вставать. Все они — Джеймс, Ремус, Пит, Лили, Марлин и Алиса сейчас крепко спали, даже не зная, что жизнь их друга дала трещину...
Сириус устало взошел по винтовой лестнице и толкнул дверь.
Сначала нервно дернулся, увидев свет, а потом облегченно вздохнул и затворил дверь.
Ремус вскинул на него взгляд всего на секунду, после чего снова опустил его в книгу. Под глазами у оборотня залегли тяжелые мешки, а поперек носа протянулся очередной порез. Фольга шоколадки на его тумбочки отбрасывала яркий свет, ловя луч волшебной палочки.
Джеймс спал, как всегда свесив с кровати обе руки.
Со стороны Питера доносился уверенный, крепкий храп.
— Лунатизм? — хрипло спросил Сириус, прошел к своей постели мимо дрыхнущего во все лопатки Сохатого, и повернулся к Ремусу спиной, занявшись одеждой.
— Бессонница, — усмехнулся Ремус.
— Хорошо, что тебя уже выписали, — заметил Сириус после паузы, чтобы не показаться грубым, и бросил рубашку в угол.
— Я смотрю, ночь удалась? — судя по голосу, Ремус улыбался. Сириус почувствовал, что он смотрит на его спину, и на секунду повернулся к нему.
— А ты думал только тебе можно носить крутые раны? — он постучал себя по носу. Ремус усмехнулся.
Сириус забрался в постель, попробовал лечь, но зашипел и сердито перевернулся на бок.
Впервые собственная постель показалась ему страшно неуютной и неудобной.
А как было бы хорошо сейчас спуститься вниз и снова забыться в её тепле, обнять её, прижать к себе, она ведь такая теплая и мягкая. Он мог бы сделать это всё прямо сейчас... и завтра...и потом...
Сириус саданул кулаком по подушке.
— Не расскажешь? — в голосе Люпина звучало любопытство.
Сириус помолчал пару мгновений, а затем отвернулся к стене.
— В другой раз, Лунатик. Спокойной ночи. — Сириус устроился поудобнее и затих, но понял, что сна ему сегодня точно не видать.
*AC/DC — Overdose
AC/DC — Soul Stripper
Lana Del Rey — Young and Beautiful
====== Фурия ======
Хорошее настроение не вернулось к Сириусу даже с наступлением утра. Когда Ремус спустился на завтрак, увидел, что Бродяга сидит за столом, скрестив руки и неподвижно смотрит в чашку с кофе. Вид у него был непривычно мрачный и сбитый с толку — как будто пытался и никак не мог решить какую-то невероятно сложную задачу. На пожелание доброго утра он не отозвался. Ремус посмотрел на Алису, сидящую напротив со свежей газетой в руках. Она ничего не сказала и вытерла бумажной салфеткой красный нос — по школе гуляла обычная осенняя простуда и фирменная перцовая настойка мадам Помфри подавалась за столами наравне с чаем и тыквенным соком.
Ремус спустился как раз к почте и когда он сел за стол, совы все ещё кружили над головами, но не успел Ремус протянуть руку к чайнику, как в его тарелку вдруг вместе с посылкой шлепнулась домашняя сова и Ремуса окатил утренний душ из дождевой воды и мокрых совиных пушинок. Очумело встряхнувшись, сова пьяно поднялась и скорбно уставилась на Ремуса огромными желтыми глазищами. К лапе её была прикреплена тяжеленная посылка. Удивительно, как птица вообще её донесла. Посылка была из дома и пока обессилевшая сова беззастенчиво уничтожала горячий бекон, Ремус распечатал конверт.
«Ремус! Высылаю тебе всё, что ты просил. Будь осторожен, когда будешь обтачивать заготовку, я хорошо наточил нож. И не забудь, что дерево надо как следует высушить, прежде чем будешь браться за работу. А когда будешь распаривать заготовку, не передержи дерево на пару, иначе треснет и всё насмарку. Желаю удачи. Напиши, как прошло это полнолуние, я очень волнуюсь. Зелье, о котором ты говорил, помогло тебе? Жду ответа немедленно. Отец»
