Валери затрясла головой, отступая и не отрывая от ребенка огромных, теперь уже переполненных слезами глаз. Ремус машинально закрыл её собой и выхватил палочку.
— Зачем ты это сделала? — неумолимо продолжал мальчик, наступая на них. — Это из—за тебя всё, это ты...
— Профессор, не слушайте его! Не слушайте, это боггарт! Вы должны справится с ним, не бойтесь, он только крепнет от вашего страха!
— Нет... нет, уйди... — вместо того, чтобы хоть как-то обороняться, Валери вся как-то сжалась, скорчилась и голос её задрожал от слез.
Ремус взмахнул палочкой, отчаянно пытаясь привлечь внимание прожорливого привидения к себе. Он представил себе полную луну... вот только прежнего страха перед ней он не чувствовал, прошлое полнолуние было совершенно счастливым...
Он напрягся, вспоминая боль, судорги и мучительные несколько минут, когда он срывал с себя человеческий облик...
Призрак чуть колыхнулся...
— Ридикулус!
Никакой реакции.
Ремус обхватил Валери одной рукой, другой удерживая боггарта на прицеле и невольно отступая вместе с ней назад.
— Это из-за тебя меня убили, ты хотела этого, ты хотела избавиться от меня, — говорил боггарт, гипнотизируя Валери. — Я тебе мешал, ты ненавидела меня...
— Нет-не—ет... — застонала Валери и закрыла уши руками. — Нет, замолчи, уйди же, уйди...
— Ты не хотела, чтобы я появлялся на свет, я был не таким, как все, я был уродом. Ты хотела, чтобы меня не было...
Валери захлебывалась слезами и тряслась как в припадке, но не могла оторвать от ребенка жадных глаз. Лицо её было искажено мукой.
— Почему ты не спасла меня, мама? — говорил он, загоняя их с Валери всё глубже в лес, туда, где очевидно обитало ещё несколько оборотней. Ремус подумал, что станет с Валери, если с ней заговорит сразу три Бо?
— Это ты виновата, что они убили меня и ты знаешь это...
— Бо...Бо, прости меня, прости меня... — Валери вдруг качнулась вперед, вознамерившись, видимо то ли обнять, то ли дотронуться до призрака, но Ремус перехватил её за руку и крепко встряхнул, заставляя её смотреть на себя.
— Профессор, он играет с вами! Не смотрите на него, смотрите на меня, на меня! — он обхватил её голову руками, не давая снова отвернуться к ребенку. Её лицо было залито слезами, губы дрожали, а в глазах было столько ужаса, что Ремус внутренне похолодел, заглянув в них, но выдержал и ещё крепче сжал её шею, махнув на формальности.
— Валери, смотри на меня, только на меня! Валери, его нет! Его нет, это просто боггарт!
— Он врет, мама!
Она судорожно всхлипнула и попыталась вырваться.
Ремус высвободил обе руки и сам крепко зажал ей уши, удерживая её на месте и заставляя смотреть себе в глаза.
— Его нет! — повторил он и ещё разок встряхнул её. — И ты ни в чем не виновата! Ты сможешь с ним справится, ты знаешь заклинание, возьми себя в руки!
— Пожалуйста, спаси меня... спаси меня, забери меня из этого леса, тут так страшно...
Валери зажмурилась, впившись ногтями в руки Ремуса, а потом вдруг выхватила палочку, Ремуса отшвырнуло от неё, он врезался в дерево и тут же привидение рассмеялось и лопнуло с негромким, глуповатым звуком, оставив после себя облачко мерцающей пыли.
Повисла тишина.
Ноги Валери подкосились и она рухнула в траву, не то рыдая, не то подвывая в ладонь и в смертном ужасе глядя на то место, где только что стоял мальчик.
Ремус подошел к ней, осторожно опустился на корточки рядом и легонько положил ладонь ей на спину, а в следующий миг — и он сам не понял, как это случилось — он уже сжимал её в объятиях, а она поливала слезами его плечо, цепляясь за свитер у него на спине. Она дрожала, сотрясалась с головы до ног и Ремус не знал, что сделать и как её успокоить, а она была рядом и плакала, не учительница, не охотница, а просто его любимая женщина, поэтому то, что случилось потом, вышло у него совершенно инстинктивно — он сжал её лицо ладонями и поцеловал.
Прямо в губы.
— Про...профессор, простите, пожалуйста, я... я не хотел вас обидеть!
Валери ничего не говорила — только стремительно шагала по территории, так, что мантия, черная, как сама ночь, вздувалась у неё за спиной, подобно парусу.
Ремус забежал вперед и пошел спиной вперед, пытаясь заглянуть Валери в глаза, но это было бессмысленно. Он не знал, что ей сказать. Он не чувствовал никакой вины, губы у него горели и в голове царила полнейшая неразбериха, только кровь стучала в висках: ещё, ещё, ещё...
— Профессор Грей, я серьезно, я не хотел...не хотел вас обидеть, просто... всё так быстро и я не...
— Я не желаю об этом говорить, — отрезала она, глядя поверх головы Ремуса на вырастающий из мрака замок и не замедляясь ни на секунду.
Ремус же, умирая от смешанного чувства досады, обиды и абсолютного, пьянящего счастья, почти что бежал следом, потирая грудь, в которую Валери ударила его Импедиментой... примерно через мгновение после того, как он поцеловал её.
