— Да, — прищелкнула языком Розмерта, напоследок провела ладошкой по его колючей щеке и отправилась в зал, кокетливо поводя задиком.
Сириус усмехнулся, проводив её бедра взглядом, но тут вдруг среди темных мантией и темных волос мелькнула белизна и он обо всём забыл.
Он навалился на стойку, стащил из бара Розмерты пару бутылок сливочного пива и направился в зал, радуясь, что Малфой сидит к нему спиной и не может сбежать.
Да, она сидела к нему спиной.
У неё были чертовски маленькие плечи и даже грубая кожаная куртка не делала их больше.
Целовать их..
И узкая спина.
Влажная, солёная от пота..
И длинные белые волосы, лежащие на этой спине.
Наматывать их на руку...
Даже когда Сириус видел всё это издалека, чувствовал эту чертову лихорадку, которая поднимала дыбом волосы на его руках. У него вставал на Роксану Малфой, даже когда он видел её за овсянкой в Большом Зале, или просто вспоминал о ней, сидя за домашкой.
Он подошел ближе.
На столе перед Роксаной лежал её плеер, а точнее, его печальные останки, соединенные какими-то нитками и деталями. Сама Роксана сидела, ссутулившись и уперевшись одним локтем в стол — зажатая между пальцев сигарета истлела почти до половины, но Малфой явно ничего не замечала. Напряженная мыслительная работа словно покинула её голову и теперь сгущалась над столиком как гроза.
— Привет, — хрипло произнес Сириус, одновременно ставя на стол пиво и наклоняясь, чтобы поцеловать Роксану.
Она сердито увернулась.
— Пошел к черту!
Сириус рассмеялся.
— Да ладно. Ты всё ещё дуешься? — он уселся на свободный стул напротив. — Это уже становится смешно.
— Смешно, — эхом отозвалась Роксана, ковыряя искрящейся палочкой в плеере. Она не смотрела на Сириуса, но ему до черта хотелось, чтобы посмотрела. С ней случилось что-то.
Малфой и раньше была ничего, а за последнюю неделю она как-то похорошела. Нет, не так. Она стала просто охуительно хороша.
Он услышал слабый треск — Патрик, которого Малфой теперь всюду таскала с собой, сидел и жрал салфетки и зубочистки, источая тепло, словно маленький обогреватель.
— Тебе нахуй смешно, а было бы тебе смешно продуть, когда игра была уже фактически в кармане? — резко спросила Роксана. — Понимаешь, в кармане! Мы выигрывали и все это видели!
— Вы продули и давай об этом забудем. Ты ещё скажи, что тебе до черта важно поддерживать имидж твоего гребанного факультета, — поддел её Сириус.
Какое-то время Роксана молчала, тыкая палочкой в части плеера — на глазах у Сириуса они срастались и распадались, как пазлы.
— Нотт опять подкатывал сегодня насчет помолвки, — вдруг тихо сказала она и устало откинулась на спинку стула.
Наконец-то посмотрела Сириусу прямо в глаза.
— Ты его послала? — Сириус отпил из своей кружки, не отпуская её взгляда.
— Я врезала по нему Конъюнктивитиусом, — она пожала плечами.
— Почему не сказала мне?
— А зачем?
— Я бы с ним поговорил.
— Нет нужды.
— Ты боишься?
— Меня не надо опекать! — вспылила она.
— Остынь, вейла, у тебя глаза желтеют.
Роксана в ужасе схватила кружку с пивом и погляделась в железный ободок, как в зеркало.
Сириус засмеялся с хрипотцой, а Роксана вдруг взяла и плеснула в него из этой кружки. Плеснула бы, если бы он вовремя не выхватил палочку.
Но посетители все равно перепугались.
— Что у вас тут? — Розмерта замерла у их столика, бросив короткий, взгляд в сторону Роксаны, которая потряхивала мокрыми руками — все салфетки давно сожрал её любимец.
— Ещё одно пиво, Роуз, — посмеиваясь, сказал Сириус. — И... ты завтракала сегодня? — он повернулся к Роксане.
Молчание.
— Роксана, я задал вопрос, — Сириус наклонился вперед и не заметил ещё одного, но уже совершенно другого взгляда, которым барменша наградила слизеринку.
— Мне похуй, Блэк, — отрезала Роксана, снова склоняясь над своим плеером, когда смогла наконец высушить руки.
— Сделай нам хорошо, — Сириус снова повернулся к Роуз и поцеловал её руку.
— Есть в округе хоть одна женщина или девушка, которую ты не трахал? — сварливо поинтересовалась Роксана, когда Розмерта ушла.
Сириус пропустил её вопрос мимо ушей.
— Что ты пытаешься сделать с этой несчастной хреновиной? — спросил он, когда Роуз принесла им ещё сливочное пиво и свой знаменитый яблочный пирог. — По-моему ему просто надо устроить достойные проводы.
— Заткнись, а? — Роксана вдруг психанула и швырнула волшебную палочку на стол. Сыпанули искры. Патрик в ужасе спрятался за кружку Сириуса и из неё сразу же повалил пар. — Ладно, ты прав. Какого черта я мучаюсь, понятно же, что его не спасти, — и она сунула в рот здоровенный кусок пирога.
Пару минут Сириус смотрел, как она уныло жует и скорбно поглаживает пальцем пустой корпус своего странного прибора. В голове у него вертелась какая-то мысль, какое-то важное имя, которое он никак не мог поймать. А когда поймал, его вдруг захватил такой энтузиазм, что он вскочил со стула.
— Идем! — он бросил на стол пару монет.
— Куда это?
— Спасать твоего монстра!
— Этот парень — вроде как мой племянник. Лет пять назад он женился на Молли Пруэтт, может слышала — Уизли, Артур ?
