— О том, что ты спихнул все на Нотта и заложил нас всех Дамблдору, — резко выпалил Руквуд, скрестив на груди руки. — Мы все знаем, что произошло, когда вас поймали, Блэк нам рассказал.
Мальсибер прожег Регулуса взглядом. Тот, вопреки его ожиданиям, взгляд не отвел.
Он оглянулся на Хлою, но та казалась заметно растерянной и лихорадочно выбирала сторону.
— Кодекс клуба гласит, что мы все связаны кровными узам. Это значит, что своих мы не подставляем, — добавил Руквуд. Мальсибер оглянулся на него. — То, что ты сделал, называется предательством, — вкрадчиво и мягко сказал он, подступая к нему. — И мы все ждем объяснений.
Повисла пауза.
— Кодекс, — Мальсибер усмехнулся и его глаза зло потемнели. — Кодекс?! А где же был ваш сраный кодекс, когда старый черт допрашивал меня в своем кабинете?! Где был ваш кодекс, когда Кэрроу поймали на краже меча?! Где были вы все, связанные со мной кровными узами?! — он уже кричал. Некоторые из обвинителей потупились и отвели взгляд. Мальсибер прошелся по кругу, как загнанный зверь, яростно вглядываясь в лицо каждого. — Мы все могли загреметь в Азкабан в тот день! Но я нас всех спас! Я, я один отвечал за все, я придумал способ уберечь нас от всех подозрений и спасти наши семьи от позора! А вы теперь предъявляете мне обвинения?! Да вы должны на коленях благодарить меня за то, что сидите сейчас здесь, а не в Визенгамоте! — у него изо рта вылетела капелька слюны. — Но, если вам так хочется, идите прямо сейчас к Дамблдору и скажите ему, что вы все подавали заявки на охоту на грязнокровок, это будет честно!
Теперь растерялся Руквуд. Хлоя определилась и сочувственно погладила своего жениха по руке.
Мальсибер отдернул руку.
— Я сделал то, что должен был сделать. И если Нотты были не в состоянии обеспечить себе алиби, то нечего их жалеть. Слабым не место рядом с Темным Лордом! — высказав все это, он ещё метнулся пару раз туда-сюда, выпуская пар, а потом с размаху улегся на диван и снова положил голову на колени Хлое, плотно скрестив на груди руки.
— Кстати, раз уж заговорили о предательствах, Август...
Все оглянулись на голос. Снейп отделился от стены, у которой обычно сидел и подошел к компании.
— Кажется, это ты должен был следить, чтобы Кэрроу достали меч. Все, что мы делали все эти месяцы было ради того, чтобы Темный Лорд смог заполучить меч. И ты провалил задание, хотя оно было далеко не самым сложным.
— Не так уж сложно! — взвился Руквуд. — Туда приперлась эта рыжая грязнокровка с предателем-Петтигрю! Ещё и мракоборца притащили! А когда Кэрроу пытались бежать, напоролись на эту белобрысую стерву Малфой!
Мальсибер резко повернул голову, придержав руку Хлои с ледовой примочкой.
— Это она наслала на них гребанную тучу летучих тварей, а не я, спрос с нее! Или было бы лучше, если бы меня выперли вместе с Кэрроу? — его голос зазвенел от возмущения. — С какой это стати?! Попались они, а не я! К тому же я выглядел, как Генри, если бы меня заметили... — он облизал губы и перевел дух. — И вообще, в том, что все рухнуло виновата Малфой! Эта сучка уже не первый раз подставляет нас! Вообще не понимаю, какого черта её засунули в нашу школу, — он уселся на быльце дивана. — Ну ничего. Я сам отплачу ей за Кэрроу, мало не покажется! К счастью, знаю парочку проклятий, от которых её сам Мерлин не спасет!
— Только попробуй, Руквуд! — Мальсибер вдруг снова вскочил с дивана.
— Чего это? — набычился тот.
— Ничего! — отрезал Мальсибер, сверкая глазами. — У меня тоже есть счеты с этой сучкой, семейные счеты, если угодно. И если кому и проклинать её, то мне! Я сам с ней разберусь! А если узнаю, что ты тронул её до меня хотя бы пальцем, сделаю так, что это тебя не спасет сам Мерлин, понял?
— Понял, — буркнул Руквуд.
— Прекрасно, — одними губами произнес Мальсибер и ушел в свою комнату, даже не взглянув на Хлою.
А она осталась сидеть, крайне растерянная, с тающей примочкой в руке, и явно не знала, ревновать ей или радоваться.
Когда Джеймс вернулся в гостиную, все разговоры тут же стихли, а встревоженные лица дружно обратились к выходу. Гостиная была полна под завязку, никто и не думал расходиться спать, музыка не играла, что было само по себе непривычно. Только в углу тихонько бухтел радиоприемник.
Джеймс устало огляделся, увидел друзей в углу у окна и двинулся прямиком к ним.
Лили сидела в продавленном кресле, поджав ноги и закутавшись в плед. В неподвижных, широко раскрытых глазах плясали отсветы огня. По понятным причинам она не смогла пойти на собрание старост вместе с остальными. Сириус стоял у неё за спиной, повернувшись лицом к окну, в кресле напротив виднелась шевелюра Люпина. На ковре у камина Роксана и Питер от нечего делать играли в шашки. У доски сидел Живоглот.
Кроме Роксаны в гостиной была еще парочка учеников с других факультетов.
Джеймс двинулся к друзьям. Увидев его, ребята сразу вскинули головы, Лили ожила и порывисто встала, а все разговоры в гостиной стали на порядок тише.
— Здорово, — Джеймс подошел к друзьям и хлопнул Лунатика по плечу. — Ты как?
Ремус, зеленоватый и уставший махнул рукой, мол, всё в порядке.
