Я смотрела на него, и не могла отвести глаз. Это странное, ужасное чувство. Чувство страха. Ты боишься, тебе не хочется, но ты смотришь. Мучаешь себя.
Цепь.
Этот молодой парень, добрый, надежный, понимающий, он не заслуживал подобного.
Вырвавшийся из меня стон, я попыталась скрыть, прижав ладонь ко рту.
Страх.
Это единственное, что осталось во мне, когда я смотрела на него.
Потому что это был не Саша. То, что было в гробу, могло было быть кем или чем угодно, но только не им.
Его тело, столь сильно изменившееся с момента нашей встречи. Заостренные черты. Заметная худоба. И бледная бело-желтая кожа.
Не прав тот, кто говорит, что те, кого мы хороним, похожи на спящих. Это не так. Так не спят люди. Никто не может спать так страшно.
Кто видит в умершем человеке спокойствие и безмятежность?
Это ложь. Там ничего нет.
На лице, на которое я смотрела, сейчас не было эмоций. Не было умиротворенности. Я не нашла ничего, что смогло бы успокоить меня, подсказать, рассказать о том, что Саше сейчас хорошо, что он в лучшем мире.
Казавшаяся искусственной кожа. Лицо. Шея. Руки, сложенные у него на груди.
Костюм, в который его одели.
Батюшка вышел на середину.
Пора было начинать.
Я ощущала себя беспомощной все это время, пока отец читал молитву. Проводя отпевание, он часто распылял по воздуху определенную смесь, необходимую ему для процедуры.
Этот ужасный запах всегда будет преследовать меня. Я это знаю.
Он часто подходил к Цепи, обходил его по кругу, поворачивался к нам.
Его голос был громок, он был красив, но он тоже был страшен. Все вызывало во мне страх.
Я не могла дождаться конца. Мне не хотелось находиться в этом помещении. Я осознавала, что чем больше проходит времени, тем злее я становлюсь, тем сильнее хочу сорваться убежать подальше от того, что не было Сашей.
Его здесь не было.
Не было в том ужасном, уродском теле.
От понимания этого, я впала в истерику.
Заметив это, Кас легонько подхватил меня за талию.
- Я рядом,- еле слышно, мне на ухо прошептал Андрей.- Все хорошо, Саша с нами.
И тут же их моих глаз вновь потекли слезы.
Не обращая внимания на все происходящее, я плакала, уткнувшись лицом в Каса.
Саша с нами.
То тело, что лежало в гробу. Там его не было. Правильно. Ведь он был, есть и будет с нами.
Отпевание почти закончилось. Батюшка успокоил умершую душу, освободил и отпустил, дал свободу.
Подойдя к не прекращающей плакать маме, он указал ей на ее сына.
Срываясь, спотыкаясь, опираясь на шедшего рядом с ней мужчину, она направилась к гробу.
И вновь скрыла от меня его.
Она нагнулась к своему сыну и прощалась. Прощалась.
Все ждали. Не мешали ей. Молча, стояли на своих местах.
Я готова была стоять вечность, только лишь ради того, чтобы эта страдающая женщина не потеряла своего сына, чтобы он остался рядом. Наверное, каждый в помещении желал этого.
В конце концов, старушка, что попросила помощи у Андрея вышла в середину. Не надолго припав к гробу, положив Саше в ноги букет цветов, она уговорила мать Цепи отойти в сторону. Дать возможность попрощаться другим.
Я растерянно посмотрела на Андрея, когда увидела, что все собравшиеся по очереди, по кругу стали подходить к пьедесталу.
Лица Жеки и Влада были перепуганы. Они боялись сойти с места.
А очередь двигалась. И мы были в ней.
Некоторые из присутствующих останавливались возле Саши ненадолго, закрывали нижнюю часть его тела цветами, нагибались над ним и вскоре отходили. Некоторые прощались долго, но так или иначе, мы все двигались по кругу, и нам с ребятами приходилось “плыть по течению”.
- Нет,- пробормотал Женя, себе под нос,- Я не могу.
Мы подходили все ближе.
Я вновь видела Цепь. Только немного с другой стороны. Он был все таким же страшным.
Я понимала Евгения. Понимала, чего он боится.
Женю пугало то, что предстояло сделать. Большинство из тех, кто прощался с Сашей, целовали его в лоб. В специальный венчик. Это можно было назвать традицией. Последним прощанием. Последним прикосновением, которым близкие люди, делились с тем, кто покинул нас, остался один. Мне самой было так страшно, что если бы не Кас, я бы точно лишилась чувств.
Подняла свой взгляд на икону.
Господи, дай мне сил! Хотя бы чуть-чуть! Позволь пережить все это. Сердце болело. Эта резкая боль мешала дышать и двигаться. Эта боль была реальна. Она пронзала мое тело.
Дай мне сил на то, чтобы подойти к нему. Просто подойти и попрощаться.
Когда те, кто был перед нами отошли от гроба, я поняла, насколько глупо было мое обращение. Оно не помогло. Мне никто не помог. Нет. Не могу. Я не могу! Я не подойду! Я лучше уйду...
Ребята медленно направились к центру.
Стойте. Нет. Нет.
На меня обернулся Андрей.
Андрей! Нет!
Я ощущала себя беззащитной и брошенной.
- Пошли,- одними губами прошептал Кас, протянув ко мне руку.
Как он не понимал? Как???
Сжав обеими руками цветы, я сделала шаг в его сторону. Смотрела лишь в его глаза. Только так я могла идти.
Он кивнул.
- Давай.
Через вечность я дошла до него. Кастильский пропустил меня вперед, оставшись охранять со спины.
Так было спокойней. Так было безопасней.
