— Если бы ты, — злобно, с каплей угрозы в голосе начал шериф. — Не звонила мне каждый час на работу, выедая мозг, то возможно я бы уже раскрыл дело и меня бы повысили. Вернули в город побольше. Мне даже пришлось дать этому детективу материалы дела, доступ ко всей информации. Я не имел на это права! — истерично, словно в панике, взвизгнул он.
— Так тебя и повысят. Мечтай-мечтай, — его жена злорадно рассмеялась. — Из тебя никудышный следователь. Очень надеюсь, что этот детектив раскрыл уже множество дел и, в отличие от тебя, справится с задачей.
— Ах ты стерва!
— Мне больно, отпусти!
Послышались возня и пыхтение.
— За собой лучше смотри, — гневно огрызнулся шериф. — Будь ты путевой матерью, наш ребенок не плакал бы каждую ночь, не давая нам спать.
Звонкая пощечина послужила ответом, сопровождаясь тихим женским всхлипом.
— Подожди. Я не хотел, — стук каблуков и удаляющийся топот сообщили о том, что парочка покинула коридор.
Не оборачиваясь на Люцифера, я пулей вылетела прочь и, не оглядываясь, понеслась в зал. Нужно было чем-то занять себя. На глаза попались пустые тарелки на столах гостей, я стала обходить поочередно всех, собирая посуду в стопку.
— Кейт, детка, — я вздрогнула от неожиданности возле очередного стола, сильно погрузившись в свои мысли. — У вас новый сотрудник?
Миссис Дуглас, одетая в очередной модный шедевр ее авторства, с любопытством разглядывала меня. На женщине было эффектное платье изумрудного цвета, расшитое пайетками, что делало ее похожей на елочный шар. Нитка жемчуга на шее и черная шляпка, как у гангстеров в старых фильмах, лаконично дополняли ее образ. Они с фермером явно были заодно в плане стиля, и только их сыновья и мистер Дуглас не разделяли праздничных настроений. Дугласы, одетые в самые простые классические костюмы, сидели рядом с женщиной. И если ее муж хоть немного выглядел включенным в происходящее, то у Филиппа было такое лицо, словно полосатый галстук на его шее затянут слишком туго и вот-вот послужит причиной его скорейшей кончины. Сэм же вообще словно отключился от этого мира, разглядывая пиво на дне кружки.
— Да. Мой сменщик, — я осторожно составила тарелки друг на друга.
— Это же сын пастора, — изумилась женщина. — Не думала, что он будет работать в баре.
— Я тоже удивилась, — постаралась поддержать беседу, в глубине души надеясь, что она скоро отстанет с разговорами.
— Ах, как скоротечно время, — миссис Дуглас поправила модную шляпку. — Мы болеем, не молодеем, покидаем этот мир. Раньше на праздники наша компания была куда больше.
«Быстро отделаться мне, похоже, не удастся».
— Оливия всегда любила Хэллоуин, — заскрипел Эрл, печально разглядывая тыквы на подоконнике.
— Мы вообще любили с девочками праздники, — миссис Дуглас восприняла его слова, как зеленый свет для внезапного душеизлияния. — Я была самой старшей из всех, часто болела в детстве, и меня отдали в школу немного позже. Но я очень хваткая, — она сжала худую ладонь в кулак. — Взяла девочек под свое крыло.
Порыв ностальгии прервал тяжелый вздох ее сына, на который она не обратила ровным счетом никакого внимания. А мне в мозг словно начали забивать гвозди, вспышки острой боли пронзали голову, мешая сосредоточиться на ее словах. Пришлось натянуть фальшивую улыбку и молча слушать.
— Нам нравилось посещать уроки домоводства. Я нашла себя в шитье. Первые наряды тренировалась шить для подружек. Джуди теперь печет для всего города, — женщина посмотрела на крошки, оставшиеся от пирога. — В день урожая мы собирались у кого-нибудь из нас дома, каждая приносила по фирменному блюду, дети играли в гостиной, пока мы ели и болтали обо всем на свете.
У моего мучителя закончились гвозди, он начал просто лупить молотком по моей голове. Пульсирующая, распирающая череп изнутри боль становилась все сильнее и сильнее.
— Кейт, ты какая-то бледная, — оторвалась миссис Дуглас от воспоминаний.
— Устала, день тяжелый.
Я подняла стопку тарелок ослабевшими руками. Посуда угрожающе затрещала, привлекая внимание всех сидящих за столом ко мне.
— Я помогу, — Филипп вскочил с места, на ходу оттягивая ворот рубашки в попытках ослабить галстук.
— Спасибо.
Я передала ему стопку тарелок и выдвинулась к последнему столику, за которым сидели хирург и его эффектная жена.
«Утомительный день».
На Августине было короткое красное латексное платье с глубоким вырезом и, на этот раз, черные ботфорты. Догадаться, кем она нарядилась, не составило труда: широкая, белоснежная улыбка оголяла искусственные клыки. Хотя уверена, оденься она так в повседневной жизни, никто бы не заметил разницы. На ее муже были модные джинсы с потертостями и белая рубашка — ничего примечательного, особенно рядом с такой дамой.
— Кейт, — хирург надменно оглядел меня. — Ты опять ведьма.
«Похоже, он пьяный».
Жена предостерегающе похлопала его по колену, удостаивая строгого взгляда.
— Да, — я забрала их тарелки и поставила в стопку, которую держал Филипп.
Мы выдвинулись в сторону кухни, в дверях которой я нос к носу столкнулась с Питером, бегущим обратно в зал. Парень придержал меня за талию, не давая рухнуть на пол.
