Девушка оглядела его долгим, медленным взглядом с головы до ног, на мгновение остановилась на повязках на руках и, как я сейчас увидела, одной на ноге.
— У вас ожоги, ранение на плече задело даже мышцы, — несмотря на свою молодость, медсестра походила на строгую мать, отчитывающую глупых детишек. — Вам необходимы перевязки, обезболивающее и медикаментозная терапия.
Она почти солдатским шагом устремилась к выходу.
— Ой, да бросьте! — Люцифер негодующе развел руками. — Я могу принимать лекарства и делать перевязки дома.
Медсестра остановилась, устало вздохнула. Наверняка подобных пациентов у нее в день с десяток.
— Это решает ваш врач, — напомнила она теперь Люциферу.
Девушка вышла, больше не намереваясь объяснять очевидные вещи. Люцифер нахмурился, явно недовольный развитием событий.
— Тебе нужно попросить врача оставить тебя в больнице на несколько дней, — он опять включил свой менторский тон.
— Зачем?
Я вылезла из постели, взяла таблетки и спрятала их во внутреннем кармане куртки лежащей на свободном стуле. С Люцифером все было в порядке и неведомая внутренняя сила гнала меня прочь из больницы. Возможно я бежала от обиды, возможно от сложных мыслей, которые наталкивают на печальные рассуждения о наших отношениях.
— Я не смогу так быстро решить вопрос со своей выпиской. А оставаться тебе дома одной сейчас небезопасно, — Люцифер подошел ближе и теперь внимательно рассматривал, как я суетливо тереблю одежду. — У тебя все в порядке?
Я обессиленно опустила руки. Усталость все равно ломила тело, отдых под седативными явно не помог восстановить силы. К тому же ситуация выжала из меня много сил, и по-хорошему сейчас стоило отправиться домой и снова завалиться спать. У меня не было никакого желания беседовать ни с врачом, ни с Люцифером, вообще ни с кем. Мне хотелось обратно, в свою ракушку, где я прячусь от мира.
— Нет, Люцифер. Ничего не в порядке, — я подняла на него взгляд. — Вокруг полная и беспросветная жопа, и нас затягивает в ее центр.
Вроде шутить не собиралась, но шутка родилась сама собой. Он чуть поднял брови и мягко улыбнулся. Правда мои последующие слова быстро стерли улыбку с его лица.
— Я ведь жила как-то одна до твоего появления в городе, — я заметила, как потухли его глаза. — Смогу жить и сейчас.
— Кейт, — Люцифер протянул руку, провел пальцем по моей щеке. — Я боюсь за тебя.
Люцифер открылся, растаял, позволил себе чувствовать, жить, любить. Он делал десятки шагов мне навстречу, только я начинала позорно отступать назад, стоило очередным тучам сгуститься над нами. Я трусливо бежала, не в силах превозмочь саму себя.
— Ничего со мной не случится, — отмахнулась я, занимая руки неловким разглаживанием одежды. — Не хочу оставаться в больнице.
— Почему ты такая упертая?
— Этот вопрос стоит задать и тебе, — я дернула плечом, переводя стрелки в нашей словесной битве.
Дверь в палату открылась, вернулась медсестра.
— Кейт Уилсон, — обратилась она, выжидательно глядя на меня. — Вас ждет доктор Тернер.
Судя по ее строгому взгляду, шансов избежать беседы у меня не было ровным счетом никаких.
— Иду, — без энтузиазма откликнулась я и, стараясь не смотреть на Люцифера, пошла к выходу.
Пока медсестра вела меня по запутанным, белоснежным коридорам больницы, я нервно теребила ногти, размышляя о том, что будет дальше между нами. Кошмар моей жизни, в которой я теряю близких людей, чуть не повторился вновь. Я поверила, что смогу жить обычной жизнью нормального человека, у которого не случается больших и страшных потерь. Решила, что у меня будет дом, семья, любимый человек, безопасность. Реальность насмехалась надо мной.
— Прошу, — медсестра приоткрыла дверь в кабинет.
— Спасибо.
Я настороженно шагнула внутрь, дверь за моей спиной тихо щелкнула.
— Здравствуйте, — приятный, успокаивающий мужской голос раздался откуда-то справа.
За рабочим столом сидел мужчина лет сорока. Коротко подстриженные каштановые волосы, гладко выбритое лицо, голубая классическая рубашка и серые брюки. Он источал спокойствие и уравновешенность. Воздух в кабинете тонко пах лавандой и мятой, видимо для успокоения пациентов, явно нуждающихся в нем.
— Здравствуйте, — я осталась стоять на месте.
На меня нахлынули воспоминания о походе к школьному психологу и причине, по которой я там оказалась. Невольно растерявшись, я ссутулилась будто это могло скрыть мое присутствие в помещении, снова превратившись в подростка с проблемами в школе.
— Прошу вас, Кейт. Верно? — уточнил мужчина. — Проходите, садитесь, — он указал на просторное, большое кресло для пациентов.
По внешнему виду оно больше походило на место, где можно хорошо расслабиться и ни о чем не думать, а никак не изливать душу врачу. Хитрая уловка. Я нерешительно опустилась в кресло, ерзая от волнения, и никак не находила удобную позу, хотя мое тело более чем комфортно утонуло в мягчайшей обивке. Мистер Тернер расположился напротив, подготовив бумаги для записей.
