Самоуверенный болван.
Я прибавил газа, заставляя стрелку спидометра резко подскочить вверх.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросила Кейт.
— Ничего, — отмахнулся от вопроса, снова прикуривая.
До самого дома мы ехали молча, в абсолютной тишине. Я приговорил четыре сигареты подряд, барабаня пальцами по рулю, роняя пепел на приборную панель и свою одежду. Мне было плевать на аккуратность. Я был зол, очень зол.
По приезде я взял сумки и стал подниматься в квартиру, не переставая размышлять о прошлом. Уилсон плелась следом, держа дистанцию и не пытаясь заговорить.
С порога меня встретила стена, увешанная фотографиями жертв, которые тут же напомнили мне, как бестолково я потратил последние пять лет своей жизни. На что? На поиск справедливости ради той, которая только и делала, что использовала меня. Чем я вообще занимаюсь? Не своим делом, трачу силы на поиск преступника, который, похоже, спас меня от незавидной участи.
Как иронично.
Возомнил себя детективом, борцом за справедливость. Идиот, грёбаный, блять, идиот. Я почему-то даже обрадовался её смерти. Внутри стало совсем погано от таких мыслей.
— Слушай, давай я переночую у себя, — вырвал меня из потока самоедства голос Кейт.
— Почему? — я кинул вещи на пол, резко разворачиваясь к Кейт, так и оставшейся стоять у входа.
— Ты какой-то нервный. Думаю, я буду лишней.
— Если хочешь идти — иди. Иди! Давай! — меня обуял гнев, чаша переполнилась. — Думаешь, я буду за тобой бегать?! Один раз ты уже хотела уйти, теперь снова хочешь? Валяй! Не буду я больше никого уговаривать! Носиться и просить вернуться! Какого хера все решили, что я буду это делать?
Я сам не заметил, как повысил голос, начиная практически кричать на Кейт, расписавшись в собственном бессилии и глупости. Позволяя негативным эмоциям взять верх и выползти наружу, чего старался никогда не делать. Кричать на кого-то, особенно того, кто уязвимее тебя — верх идиотизма и признак слабости.
Эта лживая сука даже после смерти умудрялась портить мне жизнь.
За своим возмущением я не сразу заметил изменившееся поведение Уилсон. Она вжалась в дверь спиной, крепко зажмурившись и хватая себя за джинсовую ткань на ноге трясущейся рукой. Грубый материал с трудом поддавался, сминаясь и выскальзывая из её хватки. Лоб Уилсон покрылся испариной, а подбородок задрожал. Стало не по себе. Я резко умолк, растерявшись на такую реакцию.
— Кейт? Что с тобой?
Она распахнула глаза, полные ужаса и, нашарив ручку, открыла дверь, вываливаясь в коридор.
— Постой!
Я выбежал следом, застав её на коленях возле входа в собственную квартиру. Кейт часто дышала, со страшным хрипом хватая воздух ртом, держа упор на одну руку, второй по-прежнему с заметным усилием щипая себя за бедро. На лице смесь ужаса, паники и отчаяния.
— Кейт?
Она выставила ладонь в мою сторону, останавливая попытки подойти. Я замер, боясь сделать лишнее действие, не зная, к чему может привести неосторожный шаг. Кейт с трудом поднялась на ноги, покачнулась, опираясь на стену возле двери, нашла в кармане ключ и раза с пятого попала трясущейся рукой в замочную скважину. Её блестящее от пота лицо и тяжёлые, свистящие вдохи напомнили мне первые дни в армии и моих сослуживцев.
— Кейт, — я сделал короткий шаг вперёд. — У тебя панические атаки?
Уилсон не ответила, начиная боком, держась за стену, пробираться в квартиру.
— Тебе нужна помощь. Это может быть опасно.
— Себе помоги, — она зашла в коридор. — Придурок.
Хлопнула дверь, оставляя меня в звенящей тишине и с поганым ощущением на душе.
— Кейт, — осторожный стук показался громким набатом, от страха роняя всё внутри. — Кейт, открой, пожалуйста.
Он продолжал стоять за дверью, молча ожидая моей реакции, пока я сидела на полу посреди комнаты, обхватив колени, и тихо плакала. Он услышал.
— Кейт, — он почему-то замолчал. — Птичка.
Я закрыла уши ладонями, тряся головой, как в припадке.
«
— Уйди, — я хотела крикнуть, но вышел только слабый шёпот.
— Давай поговорим. Я не хотел тебя обидеть, — продолжал умолять стоящий в коридоре.
— Нет, — засипела севшим от слёз и приступа голосом.
— Мне нужно убедиться, что с тобой всё в порядке. Кейт, — он подёргал ручку. — Я не хочу выбивать дверь, но если ты не откроешь, мне придётся.
— Что?! — я так резко вскочила, что голова закружилась, как после карусели. Меня повело в сторону, пришлось доплестись до дивана и лечь.
— Кейт, я серьёзно.
— Только попробуй, — возмутилась уже чуть более уверенно. — Не делай этот вечер ещё хуже.
— Давай поговорим, — заладил он.
— Проваливай.
