Всё начинается вполне нормально. Малфой, как Правитель Года, как и ожидалось, стал старостой, что вызвало у него ещё больше злорадства. Очевидно, что он ищет любую возможность, чтобы отправить Гарри на отработку. Гарри лениво задаётся вопросом, разрешено ли одному старосте давать одному ученику столько же отработок, сколько он даёт всем остальным ученикам вместе взятым, но знает, что не следует развивать эту тему даже мысленно. Даже если он поговорит об этом с учителем — кто ему поверит? По крайней мере, один староста в год делал это с ним, пока он был в Хогвартсе. Если его заклеймят как стукача, это повредит его и без того плохой репутации, что ему совершенно не нужно. Поэтому он страдает молча. В любом случае, отработка это не так уж и долго, и терпимо, если даже не приятно, пока она не с профессором Амбридж.
Поэтому неудивительно, что Малфой находит очередную причину, чтобы назначить ему отработку. Вокруг него хихикают другие студенты, радуясь его несчастью или смеясь над самодовольным выражением лица Малфоя. Гарри не спорит.
— Отработка сегодня вечером в восемь с профессором Снейпом, Поттер, — выплёвывает Малфой таким тоном, на который способен только он, в равной степени удовлетворённым, мелочным и надменным. Как ни странно, он повторяет, — Не забудь: в восемь со Снейпом.
Он разворачивается на каблуках и с важным видом уходит прочь, а его верные Крэбб и Гойл следуют за ним.
Гарри пожимает плечами и возвращается к явно нарушающему правила хождению на урок.
То, что происходит на отработке, ненормально.
Гарри стучит в дверь. Голос кричит: «Войди!»
Гарри хмурит брови. Голос, несомненно, был мужским, но слишком молодым для голоса профессора Снейпа. Может быть, это Малфой пришёл злорадствовать и понасмехаться над ним? Так или иначе, Гарри открывает дверь.
Это всё-таки Малфой.
Но он не злорадствует.
Но он также и не разговаривал с Гарри. Он разговаривал с профессором Снейпом.
Очень голым профессором Снейпом.
Который стоит над столь же голым Драко Малфоем.
О.
Гарри знал, что эта влюбленность в профессора Снейпа ни во что не перерастёт и так или иначе должна была пройти, но ему всё равно больно это видеть. Когда он пытается закрыть дверь, Малфой кидает в него заклинание. В шоке Гарри опускает свои щиты и попадает под действие какого-то Тёмного Заклинания, которое останавливает каждое его движение.
Так что ему приходится наблюдать за всем, что происходит, за всеми движениями и за каждым стоном.
Он чувствует облегчение, когда это прекращается.
Затем Малфой говорит, лежа на столе в изнеможении.
— Хэй, Сев. Кто мы друг для друга?
Профессор Снейп поднимает бровь.
— Родственные души. Почему ты спрашиваешь, не повредило ли тебе пребывание в кругу всех этих болванов?
Малфой, всё ещё голый, качает головой.
— Нет, просто… Ты любишь меня и только меня?
Профессор Снейп перестаёт застегивать пуговицы на рубашке, обращая всё своё внимание на Малфоя.
— Я никогда не буду любить никого, кроме своих родственных душ. Ты знаешь это.
Удовлетворённый, Малфой вовлекает его в поцелуй.
— Хорошо.
— К чему ты это спрашиваешь? — спрашивает профессор Снейп, когда поцелуй заканчивается. Он внимательно изучает Малфоя.
Он пожимает плечами.
— Ни к чему.
— Это из-за влюбленности Поттера? Зачем, по-твоему, мне вообще думать о нём? О, я забыл, ты гормональный, неуверенный в себе подросток.
— Сев! — Малфой бьёт профессора Снейпа в плечо.
— В любом случае, убирайся из моего класса. Я снова и снова говорил тебе, что нам не следует встречаться здесь.
— И всё же, когда я прошу тебя, ты всё равно приходишь, — самодовольно говорит Малфой, затем замечает намёк и фыркает.
Профессор Снейп многострадально вздыхает.
— Подростки. А теперь убирайся.
Малфой, всё ещё посмеиваясь, начинает одеваться. Почти случайным взмахом палочки он освобождает Гарри, который тут же убегает.
Десять минут спустя, когда Гарри всё ещё пытается успокоиться, Малфой загоняет его в угол посреди ухмыляющихся слизеринцев и шепчущихся студентов других факультетов, шепчущих-смеющихся-таращащих-глаза-тыкающих-пальцем.
— Ты — пустая трата места. Почему бы тебе просто не сделать нам всем одолжение и не убить себя? Ты такой жалкий. Бьюсь об заклад, даже твоя родственная душа не хочет быть с тобой.
Он смеётся. Студенты, стоящие достаточно близко, чтобы услышать его слова, смеются. Студенты, которым рассказывают, что сказал Малфой, смеются.
Гарри бежит.
Он оказывается в туалете Миртл, трясущийся, онемевший. В его голове мелькает дядя-Вернон-пожалуйста-нет-извините-тётя-Петунья-прекратите-это-Дадли-это-больно-урод-собака-кусает-трус-плоть-горит-под-его-рукой-челюсти-сжаты-клыки-пронзающие-его-ногу-зелёный-свет-отойди-в сторону-глупая-женщина-возьми-меня-вместо-него-оборотень-дементоры-дракон-чёрное-озеро-лабиринт-ритуал-теперь-я-могу-прикоснуться-к-тебе-Круцио-Империо-родственная душа-почему-боль-боль-боль-боль-боль-пытки-крёстный-отец-отказался-от-него-я-не-должен-лгать-сердце-разрывается-от-боли-почему-бы-тебе-не-убить-себя?
Почему бы и нет?
