Он дорого платит за свой бунт. В один день профессор МакГонагалл тащит его в кабинет директора. Всю последнюю неделю его вызывали туда как минимум раз в день, но всегда в сопровождении профессора Снейпа, который был по-прежнему мил с ним, и даже милее, чем раньше. Кажется, попытка самоубийства Гарри так потрясла его, что он окончательно изменил своё отношение к нему. Когда издевательства, которые не уменьшились, происходят там, где он может их видеть, он наказывает хулиганов. Когда Малфой бросает что-то в его котел во время урока зельеварения, профессор Снейп заставляет их поменяться котлами. Гарри с удовлетворением отмечает, что работа Малфоя с испорченными зельями выходит намного хуже, чем у Гарри при равных условиях. Как глава факультета, профессор Снейп имеет власть над Королём Слизерина. Он использует её, чтобы заставить слизеринцев принять Гарри обратно в общежитие. Он собирает весь Дом и произносит гневную речь об инклюзивности и о том, что термин «Единство Дома» означает «Единство Дома», а не «Единство большинства Дома против меньшинства». Гарри эта речь понравилась больше всего, так как он оказывается единственным, кого в ней не упрекнули прямо или косвенно. В кабинете директора профессор Снейп наблюдает за каждым словом и жестом с приподнятыми бровями и делает едкие замечания, если Гарри становится неуютно.
Поэтому, когда Гарри входит в кабинет директора, в котором не оказывается профессора Снейпа, он удивляется. Ещё больше он потрясён, когда директор грубо хватает его за руку, крепко сжимая её в волнении, а потом — тесно-выворачивает-его-наизнанку-что-происходит. И они приземляются после того, что Гарри идентифицирует как Аппарацию, в том, что Гарри идентифицирует, как Министерство Магии.
Гарри пытается протестовать, но директор дёргает его за собой и с важным видом идёт к лифту. Он нажимает последнюю кнопку «Отдел Тайн». Вскоре после этого они проходят мимо того места, в котором Гарри видел человека, умирающего от змеиного яда. Они проходят через круглые двери.
Гарри удаётся вырваться из рук директора, который добродушно улыбается ему.
— Я знаю, мой мальчик, что ты сейчас злишься на меня, как бы несправедливо это ни было. Тем не менее, ты не сможешь избежать своей судьбы.
После этих загадочных слов он оставляет Гарри одного посреди Отдела Тайн.
Гарри осторожно делает шаг вперёд. Первая же дверь, которую он открывает, ведёт его в комнату, которую он узнаёт. Только войдя, он замечает, что это комната из его снов. Он пытается вернуться, но ручка двери не поворачивается. Удручённый, он идёт дальше. Гарри отстранёно думает о том, что только вчера ему снилась именно эта комната и эти самые полки. Затем во сне Темный Лорд Волдеморт пытал Сириуса Блэка, насмехаясь над ним. Он заметил, что видение было ложным, потому что в нём Сириус яростно утверждал, что Гарри любит его, а потому обязательно придет спасти его, даже если сам Сириус надеется, что крестник будет держаться подальше от такой большой опасности, а сам он скорее умрёт, чем подвергнет опасности Гарри.
Вздохнув, Гарри медленно подходит к тому ряду и полке, которую ему показали в видении.
Как и ожидалось, Сириуса Блэка здесь нет. Нет также и никакого Тёмного Лорда Волдеморта.
Есть только стеклянный шар, наполненный белым туманом, с надписью «Тёмный Лорд Волдеморт и Гарри Поттер».
Он чувствует взгляды за десять рядов позади себя.
Только идиот может сейчас протянуть руку. Гарри не идиот. Он делает вид, что протягивает руку, но на самом деле пытается схватить стеклянный шар рядом с тем, на котором написано его имя.
Его пальцы не сомкнутся вокруг шара с его именем. Это как пытаться поймать воду растопыренными пальцами — невозможно.
Но его действия обманывают тех, кто прячется. Темные мантии, белые маски, знакомые голоса: этих людей в книгах по истории называют «Пожирателями Смерти».
— Отдай нам пророчество, глупый мальчишка! — требует один из них. Длинные светлые волосы — верный признак того, что это близкий родственник Малфоя, который любит хвастаться тем, что он и его ближайшие родственники — единственные Малфои во всей Британии. Значит, Малфой-старший. Тёмный Лорд Волдеморт любит называть его Люциусом, переходя на парселтанг в конце слова. Его бесконечно развлекает то, как Люциус Малфой постоянно бледнеет при этом звуке.
— О, неужели маленький Потти напуган? — насмехается другой голос, на этот раз женский и слегка безумный. Беллатриса Лестрейндж. Тёмный Лорд Волдеморт одновременно самодовольно торжествует и встревожен от такой сильной любви на грани с одержимостью Беллатрисы Лестрейндж.
— Отдай его! — глубокий голос, более глубокий, чем любой из тех, что Гарри слышал раньше. Ну, по крайней мере в минуты бодрствования. Это, стало быть, Долохов. Тёмный Лорд Волдеморт особенно гордится им, поскольку ему удалось остаться без наказания во время… отсутствия своего Лорда? Его смерти?
Гарри оборачивается, показывая две пустые руки.
