Малфой вышагивает из-за угла, надменно вздёрнув подбородок, задумчиво и встревоженно опустив глаза. Гарри наблюдает за ним, не совсем уверенный в своих чувствах. С одной стороны, Малфой обеспокоен, а Гарри хочет помогать беспокойным душам. С другой стороны, никто никогда не помогал ему, особенно Малфой, который сам был источником многих его бед. Также ему приятно видеть, что Малфой сам теперь был внизу пищевой цепочки. И видеть этого избалованного, самодовольного, высокомерного мальчика, низведенного до уровня простых смертных, было на удивление приятно.
Может быть, его чувства сейчас — влияние его родственной души, размышляет Гарри, наблюдая, как Малфой шагает, оборачивается и волнуется, но не предлагая ему помощи. Ему нужно только провести его к туннелям, которые тайно ведут в замок, и о которых злорадствует Тёмный Лорд Волдеморт. Или он мог бы показать ему Выручай Комнату, которую домовые эльфы показали ему целую вечность назад, комнату, от которой он держался подальше, опасаясь войти в неё и никогда больше не выйти из её чудесного недра в холодную суровую реальность своей жизни. Конечно, эта комната была бы полезна. Гарри почти уверен, что у комнаты можно было попросить даже зону, в которой была бы разрешена аппарация.
Но смотреть, как Малфой бьётся над решением этой задачи так… заманчиво.
Ах. Это одна из мыслей Тёмного Лорда Волдеморта, которая всплывает в голове Гарри, когда он вспоминает тот день, когда Тёмный Лорд с холодным удовольствием дал это задание Драко.
Но так ли уж важно, откуда пришли чувства и мысли? Главное, что они есть.
Итак, Гарри наблюдает, как Малфой барахтается, смотрит с отстранённым весельем, которым знаменита его родственная душа, и лениво задаётся вопросом, делает ли это его плохим человеком.
Он решает, что ему всё равно.
Он настолько плох, насколько мир смог сделать его таким.
***
Первый урок зельеварения — это шок.
Гарри ожидал увидеть другого учителя, учитывая, что профессор Снейп теперь преподает Защиту, но всё равно вздрагивает каждый раз, когда поворачивается к столу преподавателя и видит полное тело профессора Слизнорта, счастливо улыбающегося своим ученикам. Странно, когда тебя хвалят и награждают многочисленными баллами.
Сами зелья тоже оказались не такими, как он ожидал. Мало того, что их сложно варить и в основном это занимает много времени, они ещё к тому же очень дорогие и очень, очень незаконные в использовании без особого разрешения. Особенно любовное зелье, аромат которого профессор рукой направляет прямо на них. На мгновение Гарри чувствует запах паров зелья на кладбище, запах влажной земли, запах ломких страниц, запах замшелой травы. Он сразу же применяет заклинание Головного Пузыря.
Неужели его родственная душа пахнет именно так?
Гарри быстро останавливает ход этих мыслей.
По крайней мере, Невилл прекратил посещать эти занятия, что приносит облегчение и ему, и его одноклассникам. Как бы он ни нравился Гарри, Невилл — катастрофа во всём, даже отдалённо связанном с зельями. Больше никаких взрывающихся котлов, которые даже самая лучшая подготовка не сможет спасти, если их хозяин ловит на себе строгий взгляд профессора. Больше никаких писклявых вздохов всякий раз, когда профессор Снейп хоть отдалённо смотрит в его сторону. Больше никаких тихих вздохов над множеством растений, «убитых» для приготовления зелий.
Как ни странно, но Невилл и вполовину не так сильно нервничает в Защите. Смена должности оказывается удачной и для профессора Снейпа, и для его самого проблемного ученика. Но, может быть, изображение проклятия Круциатус было не единственной причиной бледного лица Невилла…?
Также удивительно, что Рон тоже обучается в этом классе, так как Гарри слышал, как рыжий всё лето оплакивал свою плохую оценку по Зельям, которая означала, что он не сможет больше посещать занятия по Зельям, что означало, что он не может стать аврором, как он планировал. Гарри вздрагивает при мысли о Роне, пытающемся спасти людей. Ещё более шокирующим является то, что зелье Рона не сразу полностью проваливается. В конце концов, была причина, по которой профессор Снейп поставил ему такую ужасную оценку.
Гарри думает о частных занятиях, но, судя по недоумению Гермионы, она тоже ничего не знает о причинах его внезапной высокой академической успеваемости. Гарри требуется всего несколько движений, чтобы увидеть, что Рон делает совершенно не то, что говорится в инструкциях, но его действия усиливают действие зелья, а не портят его.
Ни за что, чёрт возьми, Рон бы это не придумал.
Если подумать логически, то это могло произойти только одним способом.
Старая книга, которую Рон получил, пока не прибыл его собственный экземпляр.
