Через час, больше похожий на минуту, они оба прибывают к Чёрному Озеру. Дракону любопытен кальмар, и он хочет увидеть его, насколько это возможно с его слепыми глазами. После этого он вернётся на свою родину, надеясь найти других драконов. Гарри благодарит его и желает удачи.
— Сделка, сделка, мы заключили сделку, ни мне, ни тебе, сделка есть сделка, — шипит дракон на него. Гарри слишком плохо знаком со странной манерой речи драконов, чтобы с уверенностью сказать, ругает он его или смеётся над ним.
В любом случае, он повторяет слова благодарности. Они приземляются на берегу озера, и дракон задаёт последние вопросы о кальмаре и просит Гарри указать, где тот любит отдыхать, прежде чем они расстаются. Дракон ныряет в озеро с энтузиазмом маленького ребёнка, почти обливая озерной водой с головы до ног Гарри, который уже направлялся в сторону замка.
Лишь мгновение спустя он пожалел, что не утонул в озере.
На пороге его ждёт директор.
Гарри приветствуют с широкой улыбкой.
— Гарри, мой мальчик! Я волновался, тебя так долго не было. Как ты убедил дракона привести тебя сюда?
Гарри игнорирует его с той же лёгкостью, с которой он каждый день игнорирует его одежду — ярко-фиолетовую, с болезненно-зелёными пятнами и бледно-оранжевыми кошками — и его сморщенную чёрную руку.
Директор не даёт ему пройти мимо, хватая за плечо. Гарри пытается не реагировать, но не может сдержать лёгкого вздрагивания. Это заставляет его двигать всеми мышцами, связанными со всеми этими ожогами, и он шипит от боли.
— Чаша у тебя, мой мальчик? — спрашивает директор, не обращая внимания на травмы Гарри.
Гарри задумывается, но коротко кивает.
Глаза директора начинают сверкать.
— Отлично, мой мальчик, отлично! Я был полностью уверен в тебе и твоих способностях. Давай продолжим разговор в моём кабинете.
Протесты Гарри остаются неуслышанными, поэтому он стискивает зубы и молча злится, пока его ведут в кабинет директора. Единственное спасение в том, что вокруг никого нет, кроме нескольких портретов, так что никто не увидит ран и не заставит Гарри идти к мадам Помфри. Там его бы точно заставили объяснить, что произошло, и, конечно же, вызвали бы авроров, чтобы те арестовали Гарри. Он планировал сначала дождаться статьи в «Пророке», в которой будет заявлено о его невиновности, а не проверять, кто поверит его словам, а кто словам директора. Даже если гоблин сказал, что газета уже вышла, кто знает, получил ли её кто-нибудь в школе. Лучше перестраховаться сейчас, чем потом сожалеть. Гарри не сопротивляется слишком крепкой хватке на своём ушибленном плече.
Придя в кабинет, директор отпускает Гарри и садится за свой стол. Как обычно, он предлагает Гарри сесть. Как обычно, Гарри полностью его игнорирует. Как обычно, директор никак не реагирует на его небольшой акт протеста.
— Мы уже продвинулись на шаг дальше, чем я предполагал, мой мальчик, — говорит директор. Он снимает кольцо со своего среднего пальца правой руки, поднимает его, и его глаза светятся от счастья. — Такое маленькое, но так много разрушительной силы, — размышляет он, его глаза блуждают по чёрным пальцам и задерживаются на них. — Мой мальчик, ты должен знать, что моё время подходит к концу, — его взгляд поднимается, цепляется за Гарри, его голубые глаза поразительно лишены мерцания. Теперь он не похож на слегка сумасшедшего старого директора, которого привык видеть весь мир. Он серьёзный, жёсткий командир, готовый приказать выполнить трудную миссию, воин, готовый передать эстафету, человек, о котором шепчут, что он может уничтожить Тёмного Лорда Волдеморта. Но всё же: очки и длинные серебристо-седые волосы делают очевидным, что сейчас один из главных игроков этой войны переживает свой закат, в то время как другой вот-вот достигнет своего прежнего величия и доведёт эту войну до высот, на которые старик просто больше не сможет подняться.
И Гарри знает, что он был избран, чтобы взять на себя бремя, лежащее на плечах директора, что он должен преуспеть в ролях и обязанностях, которые этот человек нёс со дня своего сражения против Тёмного Лорда Грин-де-Вальда и победы над ним, став надеждой и символом всего, что есть на свете Светлого и Доброго.
К сожалению, Гарри не Свет, и он не добрый. Его магия представляет собой смесь Света и Тьмы, его мораль и верность отданы тем, кто ему ближе всего, и не являются абстрактным представлением о человечестве или волшебном мире.
Возможно, его выбрали, избрали и решили, что Гарри идеально подходит для новой роли усмирителя и врага Тёмного Лорда Волдеморта, величайшего злодея и завоевателя, но Гарри совсем не тот, кем они его считают. В их представлении он идеальный маленький ягнёнок Света, который будет следовать приказам своего лидера спустя долгое время после его смерти, готовый отдать свою жизнь за общее благо, но они никогда его не знали. Они всегда видели только то, что хотели, на что надеялись, и что им рассказывали директор школы и газеты.
