Поттер снова посмотрел на снимок, пытаясь увидеть его со стороны. Северус и, правда, выглядел несколько иначе. Возможно более опасным. Кожа отлично подчеркивала все преимущества его тела. Сам Гарри заметил еще в первую ночь после свадьбы, что широкие учительские мантии скрывали подтянутое, мускулистое тело мужчины. И если взглянуть, как на снимке кожаные штаны обтягивают его бедра... Гарри почувствовал, как стало жарко от этих мыслей.
Вдруг ужасная мысль пронзила его.
- О, боже! - простонал он. - Если они хихикали вокруг меня весь день, то, что же творилось на уроках Зельеварения?
Он мог представить, в каком сейчас настроении мужчина, особенно после неприятной утренней ссоры и влияния на него дикого оборотня. Гарри был рад как никогда, что у них сегодня не было Зелий. Вот только в отличие от остальных, ему сегодня предстояло встретиться с Северусом ночью, ведь они спали в одной кровати.
Он застонал и опустил голову на стол.
- Я ненавижу свою жизнь.
После обеда Поттер неохотно вернулся в свои комнаты. Войдя, он сразу понял, что Северуса там нет. Облегченно вздохнув, Гарри сел на диван перед камином, собираясь сделать домашнюю работу, но без компании друзей это было так скучно, что он никак не мог сосредоточиться.
Он думал о все еще привязанном к кровати в лазарете Ремусе, и о Сириусе, который будучи в безопасности в Уинтерленде, не подозревал о событиях, способных разрушить его жизнь. Он думал и о Северусе. Об их ссоре этим утром. «Я защищал тебя ценой моей жизни, год за годом рисковал ради тебя», - сказал ему Северус. Неужели он, правда, полагал, что Гарри настолько слеп, что не знает, как много он для него сделал? Ради Бога, да мужчина женился на нем, чтобы спасти его от Министра! Гарри никогда не забывал об этом.
«За последние четыре месяца я изменил свое мнение о тебе, дал тебе дом, старался создать приемлемые для тебя условия жизни», - голос Северуса все еще звучал у него в голове. Парень внезапно понял, что ничего не дал Северусу взамен. В Волшебном мире были определенные правила, касающиеся денег, собственности и поведении. Так, что положение Гарри в этом браке не давало ему никакой возможности дать что-то взамен. Он не мог даже сам расплатиться за свои покупки, не задев этим по какому-нибудь старомодному закону честь Северуса.
Он старался быть послушным и меньше попадаться Северусу на глаза. Оглядевшись, можно было заметить, что в комнате находилось всего несколько его личных вещей, которые Гарри хватило смелости принести в строгую гостиную Северуса. Ему хотелось поставить в рамку несколько фотографий, но он понимал, что Северус вряд ли обрадуется фотографиям Мародеров и его мамы в его собственном доме. Кроме того, это было бы вторжением в его личное пространство. По крайней мере, Гарри мог спокойно держать свою метлу в углу комнаты около двери, вместо того, чтобы прятать ее под кроватью. А для Хедвиг недалеко от камина был расположен удобный насест, хотя в Хогвартсе она предпочитала жить в совятне. Но Гарри не считал, что он слишком обременяет жизнь Северуса.
И он, правда, старался держаться от мужчины подальше, по крайней мере, сначала. Вечера он проводил с друзьями в гриффиндорской башне. Но через некоторое время ему стала нравиться компания Северуса, или, по крайней мере, он не ненавидел ее, как раньше. Гарри стал проводить с ним все больше и больше времени по вечерам. Возможно, он был неправ? Может, мужчина только терпел его, как обязанность, которую, как он думал, обязан выполнять супруг? Может Гарри действительно просто эгоистичный, испорченный мальчишка, как часто любил говорить Северус?
Подтянув колени к груди, он защитным движением обхватил их руками, подсознательно сворачиваясь в калачик, чувствуя, как волна страдания захлестнула его. Он говорил себе, что должен перестать волноваться обо всем этом. Но Сириус уехал, а Ремус был заперт и связан, и Гарри неожиданно почувствовал себя ужасно одиноким. Он не хотел беспокоиться, сердится ли на него все еще Северус или он уже давно обо всем забыл. Ему не хотелось вспоминать все, что происходило до их с Северусом брака несколько месяцев назад. Не хотелось думать о том, что мужчина ненавидел его все предыдущие года. Он повторял это ему так часто, что Гарри автоматически ненавидел его в ответ. Но, не смотря на то, что было, сама идея сказать теперь Северусу, что он его ненавидит - была отвратительна для Гарри.
Всего две ночи назад в Уинтерленде, когда он лег рядом с Северусом в кровать и спросил: не сердится ли он на него, парень боялся, что расстроил супруга тем, что снова влез в неприятности. Но Северус был так добр к нему в ту ночь, что даже его поддразнивания были почти веселыми. Гарри не хотел, чтобы они снова ненавидели друга как раньше.
Неожиданно сверкнувшее пламя прервало его размышления. В огне появилась голова Дамблдора и Гарри резко сел, с надеждой глядя на директора.
- О, ты здесь, мой мальчик, - добродушно сказал он. - Возьми, пожалуйста, свою мантию-невидимку и отправляйся в больничное крыло. Нам надо кое-что сделать.